Файл

Иван Засурский Масс-медиа второй республики

Имя файла
zasurskij.doc
Дата
2021-09-23 02:11:03
Описание
Иван Засурский Масс-медиа второй республики
Количество скачиваний
117

Предпросмотр:

Масс-медиа второй республики.
Введение
Иван Засурский 04 октября 17:08 MCK Прежде всего я должен пояснить термин вторая республика. В данном исследовании он используется для обозначения периода в истории России с 1991 по 1999 год. Поскольку этот термин предлагается впервые, имеет смысл заранее ответить на самые очевидные возражения по двум формальным аспектам. Согласно первому из возможных возражений, Российская Федерация девяностых - не вторая, а третья республика, если считать первой провозглашенную в феврале 1917 года, а второй - РСФСР советских времен. Однако государственное устройство Российской Советской Федеративной Социалистической Республики, разумеется, при всем желании трудно назвать республиканским, поскольку институт выборов не имел большого влияния на процесс управления страной в отличие от доктрины диктатуры пролетариата и Коммунистической партии. Другое возможное возражение может касаться того, что вторая республика еще не прекратила своего существования. В самом деле, институт выборов еще никто не отменял. Напротив, девяностые можно считать только первым этапом второй республики, временем ее формирования или "переходным периодом" к демократии и рыночной экономике. Такая точка зрения, безусловно, имеет право на существование. Однако, согласившись с ее формальной логикой, мы тем самым косвенно признаем, что нам известно заранее, как будут развиваться события в следующем тысячелетии, а позволить себе такую роскошь не может никто. Не только потому, что подобная позиция неизбежно ведет к ошибкам, но прежде всего по той простой причине, что догматическое следование любым идеям или схемам ослепляет и мешает восприятию реальной жизни. Поэтому попробуем поставить вопрос иначе: есть ли у нас основания для выделения последнего десятилетия как отдельного исторического периода, обладающего характерным и неповторимым набором содержательных признаков? Я думаю, что есть, и вот почему. Во-первых, для девяностых была характерна специфическая структура реальной политической системы, которая вряд ли сохранится в следующем столетии. Центральное положение в ней занимал первый президент России Борис Ельцин, власть которого ограничивалась только им же созданной конституцией. Другими важнейшими политическими институтами были всеобщие выборы и средства массовой информации. Во-вторых, особая система убеждений, точнее - иллюзий, которые можно считать идеологией второй республики. Мифологичное единство идеологии с реальностью распалось еще в самом начале девяностых, однако на смену стереотипам не пришло адекватное осознание ситуации. Напротив, возник и начал углубляться разлом между политической риторикой, научными исследованиями, содержанием СМИ и повседневным здравым смыслом. Противоречия отмечались и суммировались, но их трактовка, как правило, в соответствии с логикой общественной жизни загонялась в рамки одной из двух соперничающих идеологических парадигм: "либерально-реформаторской" или "консервативно-коммунистической", окончательно оформившихся еще в ходе холодной войны, хотя корни этого противостояния уходят глубоко в историю русского "западничества" и "почвенничества", если не еще дальше. Телеологическая по своей природе зацикленность либералов на концепции "переходного периода", неспособность консерваторов адаптироваться к новым условиям и - с другой стороны - интересы новых собственников, все это служило препятствием для понимания реальных процессов в обществе. За ширмой иллюзий второй республики тем временем вершился ход истории, повлиять на который общество не могло хотя бы потому, что невозможно было принять правильное решение, не располагая необходимой информацией. Именно поэтому девяностые стали эпохой хаоса, из которого рождался порядок, совсем не похожий на торжество рынка и демократии, предсказанное либеральными пророками второй республики. Эту книгу можно рассматривать как одну из попыток осмыслить ушедшее десятилетие, восстановить в памяти историю второй республики и понять ее логику, осознать реальные перемены, произошедшие в обществе. Предмет нашего исследования - средства массовой информации России (1990 - 1999) - находились в центре событий. С помощью критического анализа мы постараемся уйти от иллюзий второй республики и выяснить, как все было на самом деле и почему, найти ключ к истории девяностых. В первой главе, отказываясь видеть смысл последнего десятилетия в переходе от социализма к капитализму, мы постараемся поставить происходившие в России события в глобальный контекст и показать, что у процессов в мире есть действительно много общего, - хотя объяснить это "концом истории" никак нельзя. Во всем мире происходят изменения, но российский способ адаптации к условиям глобализации и информатизации капитализма был одним из худших. В этой же главе мы попытаемся реконструировать иллюзии второй республики и посмотреть, как они проявлялись в восприятии журналистами своей роли в обществе и в научных исследованиях, посвященных масс-медиа. В рамках политики демократизации и гласности Михаила Горбачева телевидение стало играть новую роль в информационной системе, способствуя политизации масс. Как мы увидим во второй главе, во время распада СССР и формирования государственного аппарата второй республики масс-медиа оставались единственным институтом, осуществлявшим коммуникации в обществе, именно этим объяснялось их огромное влияние на формирование общественного сознания. В ходе претворения в жизнь "реформаторского" проекта второй республики, несмотря на объективное падение уровня жизни подавляющего большинства населения, значительная часть центральных (всероссийских) масс-медиа, за исключением маргинальной оппозиционной прессы, оставалась добровольным союзником новой власти, ее опорой. Кампании в "демократических" изданиях и на телевидении обеспечили политическую поддержку президенту в противовес парламенту. Верность идеалам второй республики, по всей видимости, имела под собой серьезную идеологическую и экономическую базу. Главные редактора, получившие в ходе первой полулегальной приватизации в собственность издания, видели свою роль в обществе как "четвертой власти", своего рода духовного авторитета, т.е. претендовали на активную самостоятельную позицию. Союз с новой властью защищал их от попыток национализации, в то время как непосредственное ощущение свободы позволяло им жертвовать одним идеалом за другим во имя сохранения второй республики. Вплоть до событий 1993 года журналистам казалось, что (пускай с оговорками), утопия независимой прессы реализовалась. Однако новая власть, укрепившись после подавления парламентского восстания, кульминацией которого стал поход бунтовщиков на "Останкино", сразу же ввела цензуру, отменив ее только под жестким прессингом газет, выходивших с белыми пятнами на страницах. Здесь же, на примере "Независимой газеты", нам предстоит исследовать, как реализовывался на практике один из самых светлых мифов первой половины девяностых - идея "независимой печати". В третьей главе речь пойдет о том, как попытка "четвертой власти" оказать давление на политическое руководство страны в ходе чеченской войны показала, что влияние журналистов на власть практически сошло на нет. Постепенная потеря самостоятельности прессы привела к тому, что в ходе президентских выборов 1996 года журналисты выступили в поддержку первого президента второй республики уже не в качестве самостоятельного партнера "демократического лидера", а в роли инструмента пропаганды. Победа Бориса Ельцина на выборах во многом была обеспечена за счет использования новых технологий манипулирования общественным мнением в смысловом поле СМИ. Несмотря на экономический кризис, роль масс-медиа в обществе ко второй половине девяностых стала еще более важной, что создало предпосылки для процесса медиатизации политики, то есть перемещения политического процесса в символическое пространство средств массовой информации. Исследование процесса институциализации новых центров власти в средствах массовой информации позволяет нам выделить его результат - медиа-политическую систему. Во второй половине девяностых крупные политизированные медиа-холдинги во многом стали играть роль политических партий. В четвертой главе мы проанализируем структуру российской системы средств массовой информации, и продолжим изучение основных источников их финансирования (включая, разумеется, рынок рекламы). Особое внимание будет уделено процессу трансформации медиа-политической системы после кризиса 1998 года. По сути дела, происходит изменение политической системы второй республики: она лишается своего стержня - президента, который будет вынужден сойти со сцены в 2000 году (если не раньше - по состоянию здоровья). Исчезновение самого сильного центра власти приводит к обострению борьбы между различными группами интересов, к схватке за власть представителей различных финансово-промышленных групп и политических кланов, многие из которых владеют крупными медиа-холдингами и определяют информационную политику СМИ. Однако только этим изменения не ограничатся: на самом деле сегодня про будущее России можно сказать только то, что оно будет другим. Резкое увеличение разнообразия точек зрения в информационном поле делает невозможным консолидированное воздействие на общественное сознание и способствует потере веры политических инвесторов во всемогущество прессы. Однако вряд ли можно сделать вывод о самоликвидации медиа-политической системы. Скорее, можно говорить о перераспределении ресурсов в пользу политических аппаратов, задачей которых является формирование предвыборных блоков и политических программ на базе синтеза потребностей различных групп интересов. Напоследок мы попробуем проанализировать особенности развития новой коммуникационной среды - Интернета - на Западе и в России. У нас Интернет до последнего времени оставался одновременно элитарным и маргинальным явлением, поэтому в исследовании масс-медиа второй республики без него вполне можно было бы обойтись. Но постольку, поскольку нас интересует ближайшее будущее российской и глобальной информационной системы, игнорировать существование киберпространства невозможно, хотя влияние Интернета в ближайшем будущем может оказаться очень непохожим на то, о чем мечтали его энтузиасты. В конце книги вы найдете два приложения. Первое представляет собой схему собственности на всероссийские и столичные масс-медиа, которая в общих чертах позволяет составить представление о наиболее характерных искажениях в российской информационной системе. Во втором приводится полная реконструкция одной из первых полномасштабных информационных войн, легендарной "битвы за "Связьинвест" между Владимиром Гусинским и Борисом Березовским, с одной стороны, Владимиром Потаниным, Джорджем Соросом и "молодыми реформаторами" - с другой. Разложив все по полочкам, не составляет особого труда вообразить, что бы писали газеты и говорилось на телевидении в том случае, если бы стороны поменялись ролями, и информационную вендетту организовывали Потанин с Соросом, а не наоборот (такая "реконструкция" тоже содержится в приложении). Подробный анализ этого информационного конфликта помогает понять, что такое "информационные технологии" и какими приемами пользуются медиа-технологи для того, чтобы оказать влияние на общественное сознание. Знание структуры медиа-политической системы и знакомство с современными технологиями манипулирования СМИ позволяют лучше ориентироваться в информационном пространстве масс-медиа и получать из существующих органов информации не только больше, чем они готовы сообщить, но даже больше, чем они знают сами. Прояснив ситуацию, мы тем самым получаем возможность использовать масс-медиа в собственных интересах. Формирование российской системы СМИ Шотландский ученый Брайан Макнейр1 выделяет три фазы в развитии российских масс-медиа. Первая длится с 1986 по 1990 год (она завершается с принятием Закона СССР о СМИ). Следующая, которой он дает название "золотого века российской прессы", продолжается до августа 1991 года. Затем, после событий августа 1991 года, начинается совершенно иная фаза рыночного развития СМИ, когда появившиеся экономические трудности вызывают рост цен на все издания, а распад СССР усугубляет сужение рынка прессы. С тех пор издания ищут пути выживания и борются за свое место под солнцем каждый по-своему. Я.Н.Засурский и Е.В.Яковлев сходятся на другой периодизации, хотя их определения периодов несколько различаются. С 1985 по 1990 год проходил период гласности, т.е. системы партийного управления средствами массовой информации - но в соответствии с новым курсом Горбачева на демократизацию советского общества. Далее, приблизительно до 1993 года или 1995 (Ясен Засурский проводит границу периода по антивоенной кампании, которая продемонстрировала способность прессы оказывать давление на власть) пресса играла роль самостоятельного института. Затем начинается, по определению Ясена Засурского, период "коммерческой прессы и концентрации", а по Яковлеву - период "управления прессы капиталом". В данной работе предлагается несколько иная периодизация, основой которой становятся конкретные исторические события и экономические процессы. На мой взгляд, в новейшей истории российских масс-медиа можно выделить всего четыре периода до середины 1998 года, а также пятый, послекризисный. Однако наиболее насыщенный из них - третий, с 1992 по 1996 год, будет в свою очередь разделен на три этапа. На нем мы остановимся подробнее в этой главе, поскольку этот период имеет большое значение для всего процесса формирования российской системы СМИ и очень важен для нашего анализа. Итак, первый период - до 1990 года (т.е. до принятия закона о печати) - время гласности и перестройки, когда независимой прессы не было в принципе (за исключением самиздата), однако среди советских журналистов были популярны идеология "четвертой власти" и миф о независимой прессе. Это - предыстория российской системы СМИ, и мы уже останавливались на ней подробно во второй главе. Второй - с 1990 по начало 1992 года - по определению Макнейра - "золотой век" российской печати. Это также период "первой приватизации" СМИ. Заодно, при содействии власти, многие издания получают в собственность или долгосрочную аренду по льготным тарифам помещения, в которых размещается редакция. В отношениях власти и прессы (за исключением некоторых ультраконсервативных изданий) наступает медовый месяц. Разделяя и отражая общественный подъем реформаторских 80-х и 90-х годов, средства массовой информации стали естественными союзниками восходящей звезды российской политики Бориса Ельцина. В условиях непрекращающейся политической борьбы пресса в начале девяностых по сути закрепила то положение, которое ей удалось занять в конце восьмидесятых: единственной опоры власти. На российском рынке СМИ появляются новые издания, телеканалы и радиостанции. Новые СМИ используют модели и форматы современной западной журналистики - стараются отделить информацию от комментария, строят газеты по принципу тематических полос. Радио "Эхо Москвы" и некоторые телепрограммы используют вещание в прямом эфире. Третий - с 1992 по 1996 год - период формирования новой российской системы СМИ, который, в свою очередь, можно разделить на три этапа. Это время политического противостояния и первых экономических трудностей СМИ (1992-1993), затем временная политическая стабилизация, характеризующаяся оттоком политизированного капитала и бурным развитием коммерческой прессы (с 1994 по середину 1995 года), и, наконец (с середины 1995 по середину 1996 года), - активизация политизированного капитала и формирование пропагандистской системы перед президентскими выборами 1996 года. В истории "НГ" нам раскрываются два периода из означенных выше - "золотой век" российской печати, длившийся, правда, всего два года, и следующий за ним период формирования новой системы российских СМИ, во время которого наметились изменения в структуре собственности на масс-медиа и их роли в жизни общества, получившие впоследствии дальнейшее свое развитие. Газета процветала в период, который считается "золотым веком прессы" - с основания, т.е. после принятия закона о печати СССР (июнь 1990 года) и на фоне общественного подъема. Затем, через некоторое время после августа 1991 года, когда начались экономические реформы, т.е. либерализация экономики, унесшая большую часть общественного капитала, у газеты начались первые трудности (которые выражались в неспособности издания к развитию, хотя еще не представляли для газеты серьезной угрозы), закончившиеся тем, что часть редакции "НГ" предпочла привлечь для создания новой газеты "Сегодня" политизированный финансовый капитал, который действительно некоторое время помогал ей держаться на плаву. Однако противостояние в обществе продолжалось, накал страстей возрастал - так что до октября-декабря 1993 года рынок качественной политической прессы еще не знал проблем с читателями и политическими инвесторами, кроме того, многие издания продолжали получать дотации из бюджета. Центральная пресса по-прежнему сохраняла влияние в регионах, хотя объемы подписки и розничные продажи в провинции продолжали сокращаться. После октября-декабря 1993 года политическая интрига на некоторое время затихла (почти до середины 1995 года). Это заставило "НГ" все глубже зарываться в специфический мир политических интриг: как вслед за поиском тех конфликтов, в которых независимость газеты может отчетливо доказать свой смысл (это не так просто, если в обществе нет открытого противостояния), так и в поисках инвестиций политизированного капитала. На этом пути газета обретает свою новую аудиторию - читателя, заинтересованного в качественной газете, глубоко и подробно освещающей нюансы политической борьбы и с готовностью предоставляющей свои страницы для публикаций различным политическим силам. В конце этого периода, когда до парламентских выборов, обещающих приток политизированного капитала, оставалось еще семь месяцев, газета закрывается и тщетно ищет выход из тупика на протяжении всего лета, в политике считающегося "мертвым" сезоном. Только в августе - за квартал до предвыборной кампании в Государственную думу - инвесторы начали борьбу за газету. Уже в самом начале 1992 года впервые обозначилось отчетливое различие в развитии центральной и региональной прессы, которое только усилится в дальнейшем. В то время как в столице происходит разделение прессы на два лагеря - "демократический" и "оппозиционный", а председатель Верховного Совета Руслан Хасбулатов безуспешно предпринимает попытку взять под свой контроль газету "Известия" и российское государственное телевидение (вольно или невольно вызывая тревогу у всех журналистов за судьбу своих изданий), региональная пресса, за исключением коммунистических и националистических изданий, удаляется от политики, занимает позицию зрителя, а не участника политических баталий. К концу 1992 года даже наиболее солидные издания несут крупные убытки: от 15 млн рублей у "Комсомольской правды" до 6 млн у "Советской России". Долги типографии "Пресса" выросли до 200 млн рублей. Выход газет удалось сохранить благодаря выделению правительственной субсидии на погашение долгов. Газета "Известия" даже получила в подарок от правительства Гайдара огромное здание на Пушкинской площади, позволившее ей сохранять независимость дольше других изданий. И все равно, по результатам подписной кампании 1993 года, "Известия" сохранили только 25% подписчиков (800 тысяч из 3,2 млн), "Комсомольская правда" - меньше 15% (1,8 млн. из 13), "Независимая газета" - 39% (27 тыс. из 70), а еженедельник "Аргументы и факты" - 35% (8,8 млн. из 25,7).2 Под диктатом монополии почтовых служб дорожает доставка газет, в результате чего региональные издания крепче встают на ноги. Начинает сказываться и близость провинциальной печати к реальным проблемам и нуждам своего потребителя, несовместимым с абстрактной политической риторикой тех лет. Обвальное (на порядок) сокращение тиражей центральных изданий приводит к фрагментации аудитории всероссийских изданий и падению их влияния. Начиная с третьего периода единство информационного поля обеспечивается телевидением. В конце 1992 - начале 1993 года, в то время как многие газеты и журналы находились на грани финансовой катастрофы, на московском рынке качественной политизированной прессы появилось сразу три новых ежедневных газеты - "Коммерсантъ-Daily", "Сегодня" и "Новая ежедневная газета", которая была закрыта в начале 1995 года, на несколько месяцев раньше, чем "НГ". Политический кризис, начавшийся в марте 1993 года, разрешился октябрьским противостоянием исполнительной и законодательной власти. Как отмечает историк В.Согрин, референдум в марте 1993 года президент смог выиграть только благодаря тому, что ему удалось провести более широкую и интенсивную пропагандистскую кампанию в прессе, чем оппозиции. То же самое можно сказать и об октябрьских событиях в Москве. Хотя в основе этого кризиса было, вплоть до последнего момента, совершенно легитимно выраженное неприятие депутатами экономической политики президента и правительства, "демократическая" пресса поддержала президента, а центральное телевидение осталось под контролем Бориса Ельцина, что и послужило поводом для известной попытки овладеть останкинским телецентром штурмом. Любопытно, что многое в октябрьских событиях остается неясным до сих пор. Например, взять тот же штурм мэрии, "Останкино" (уже отключенного - единственным вещающим каналом в те дни осталось российское телевидение, у которого есть собственный телецентр на Ямском поле), наконец, снайперы вокруг Белого дома. Начиная беспорядки, оппозиция действовала против своих интересов - если, конечно, действовала она. Больше всех в вооруженных столкновениях был заинтересован сам Ельцин: пресса все больше начинала призывать к мирному диалогу, в обществе большой поддержкой пользовался "нулевой вариант" одновременных перевыборов президента и парламента, который был благополучно забыт после того, как войска подавили бунт "красно-коричневых". В результате была принята конституция, закрепляющая доминирующее положение президента в структуре российской власти.3 Сами же октябрьские события отразились на работе средств массовой информации неожиданно сильно, во многом разрушив иллюзии журналистов в отношении новой власти. "14 октября 1993 года решением министерства печати и информации были официально запрещены следующие издания за использование материалов, которые "значительно усилили дестабилизацию обстановки во время массовых беспорядков в Москве": "День" (вышла под новым названием "Завтра"), "Гласность", "Народная правда", "За Русь", "Наш марш", "Националист", "Русское дело", "Русское воскресенье", "Русские ведомости", "Русский пульс", "Русский порядок", "Русское слово", "Московский трактор", "Русский союз", "К топору". Против них были заведены уголовные дела, так же, как и против программы новостей телевидения Санкт-Петербурга "600 секунд". Издание "Рабочей трибуны", "Правды" и "Советской России" было приостановлено. "Рабочая трибуна" стала вновь выходить через три дня. Министерство печати и информации совершенно иначе отнеслось к другим двум газетам, как утверждают, выставив условия для возобновления их выхода, в том числе - изменение названия, перерегистрация и замена главных редакторов. "Правда" все же вышла 2 ноября 1993 года после достижения компромисса с министерством, но потом опять перестала выходить из-за финансовых проблем. Вновь она появилась только 10 декабря 1993 года, за два дня до проведения выборов... "Независимая газета", вынужденная пройти перерегистрацию после роспуска ее учредителя, Московского городского Совета, столкнулась в этом деле с трудностями, потому что редакционная коллегия отклонила две кандидатуры на статус учредителя, которые были предложены сверху. 4 ноября 1993 года в соответствии с законом о средствах массовой информации России учредителем газеты стала сама редакция. Контроль за парламентской "Российской газетой" и над парламентской студией РТВ перешел в руки правительства. В типографиях ряда газет появились цензоры, так же как в информационном агентстве ИТАР-ТАСС и на телевизионных студиях. Следующие издания вышли с пробелами вместо снятых цензурой материалов: "Независимая газета", "Сегодня", "Московская правда", "Коммерсантъ-Daily" и "Литературная газета".4 Следующий этап третьего периода, с конца 1993 по середину 1995 года, характеризуется относительной политической стабилизацией, происходившей на фоне продолжавшегося падения промышленного производства, которое в 1994 году составляло примерно половину от уровня 1990 года. Рынок массовых СМИ практически не расширялся, тиражи продолжали падать практически у всех изданий - хотя и здесь некоторым издательским компаниям удалось развернуться. В частности, активно развивается рынок деловых изданий, появляются первые "глянцевые" журналы для потребителей с высокими доходами, финансируемые за счет рекламы. Именно на этот период приходится бурное развитие Издательского дома "Коммерсантъ", который запускал один за другим проекты новых изданий, группы "Индепендент Медиа", а также холдинга "Сегодня"-"КП". Начинается развитие процессов концентрации СМИ, стратегическое закрепление на рынке первых информационных магнатов: Гусинского (группа "Мост") и Яковлева-младшего (издательский дом "Коммерсантъ"). Чеченская война в конце второго - начале третьего этапа этого периода показывает способность прессы занимать самостоятельную позицию, даже если она расходится с политикой властей (при условии, разумеется, что она не противоречит интересам владельцев СМИ). Однако накануне выборов президента страны антивоенная позиция СМИ кажется последним зовом Роланда. Последний этап этого периода, с середины 1995 по середину 1996 года, знаменует собой возвращение политизированного капитала, воскрешенного близостью парламентских выборов, за которыми уже маячат судьбоносные президентские. Можно отсчитывать начало этого периода со времени создания ОРТ (по политическим соображениям его формирование происходило заблаговременно, чтобы не так явно выпячивалась подоплека акционирования первого канала), история которого начинается в феврале-марте 1995 года. Владислав Листьев становится инициатором и жертвой процесса передела сфер влияния на рынке телевизионной рекламы. С создания ОРТ начинается история "теневого" медиа-холдинга Бориса Березовского, основной особенностью которого является неафишируемый контроль за средствами массовой информации. Накануне выборов на масс-медиа снова проливается золотой дождь политизированного капитала. Новые холдинги одновременно выражают интересы новых собственников в стабилизации положения в стране и предлагают партии власти коммуникационные каналы в обмен на допуск к распределению государственной собственности в ходе приватизации. И то и другое делает ставку на инвестиции в масс-медиа стратегически правильным решением. В ходе президентских выборов основные средства массовой информации практически единодушно поддерживают Бориса Ельцина и добровольно становятся инструментом манипуляции общественным мнением. В ходе выборов, в соответствии со сценариями идеологов президентской кампании, отрабатываются современные технологии пропаганды. Владельцы СМИ проходят процесс обучения технике манипуляции общественным мнением. После президентских выборов начинается четвертый период в истории российской прессы, который продолжается вплоть до середины 1998 года. Если до президентских выборов роль масс-медиа в исходе политических конфликтов была значительной, то по результатам президентской кампании она была единодушно признана определяющей. Средства массовой информации становятся основной средой политической коммуникации. Происходит полное переплетение сферы политического и СМИ, что позволяет говорить о медиатицизации политики и формировании медиа-политической системы. Медиатизация политики является естественным продолжением процесса политизации масс-медиа в начале девяностых - только теперь роль СМИ в информационной системе становится значительно менее самостоятельной. Под впечатлением от эффективности информационных технологий крупные экономические группы вступают в "гонку информационного вооружения": принимаются решения о масштабных инвестициях в средства массовой информации, что приводит к появлению еще нескольких крупных медиа-групп, между которыми распределяются традиционные СМИ. Предметом интереса инвесторов становятся "демократические" СМИ, которым удалось сохранить независимость - "Литературная газета", "Известия" и "Комсомольская правда". В 1997 году все они становятся частью крупных холдингов на базе компании "АФК-Система", контролируемой Юрием Лужковым, и ОНЭКСИМбанка. То же самое происходит с телевидением: коммерческий канал "СТС-8", принадлежавший американским инвесторам, к примеру, становится частью холдинга "Альфа-ТВ". Политические инвесторы становятся инициаторами новых проектов в сфере СМИ, в частности "газет влияния" - "Русского телеграфа" ОНЭКСИМбанка и "России" лужковского холдинга (и та и другая впоследствии будут закрыты). Прошедшая обкатку система управления прессой с помощью медиа-технологов, компромата и информационных кампаний становится основным инструментом политической борьбы и конкурентных сражений. Накал противостояния между конкурирующими финансовыми группировками оказывается настолько высоким, что политическая окраска капитала отходит на второй план. Интересы непосредственных владельцев СМИ становятся политической позицией их изданий, что особенно ярко проявляется в ходе приватизационных скандалов, когда новые собственники впервые разрывают негласный пакт о партнерстве с "молодыми реформаторами" и между собой. Роль масс-медиа в политической жизни страны весной-летом 1998 года, во время шахтерского и более позднего финансово-политического кризиса многие наблюдатели оценивают как провокационную. Наиболее яркий выразитель интересов крупного бизнеса медиа-магнат Борис Березовский сначала объявляет невозможным избрание Бориса Ельцина на второй срок, затем призывает президента уйти в отставку. Власть проигрывает информационные войны одну за другой. Очевидно, что прежний союз властей второй республики и владельцев СМИ распался. Именно поэтому создание объединенного телерадиохолдинга на базе ВГТРК поначалу выглядит не столько как опасное стремление государства узурпировать СМИ, сколько как отчаянная попытка властей сохранить присутствие в информационном пространстве. Впрочем, некоторым изданиям удается сохранить самостоятельность ("МК", "Аргументы и факты", издательский дом "Коммерсантъ"), а некоторые и вовсе функционируют вне контекста политической жизни (издательский дом "Экономическая газета", группа Лисовского и "Альфа-ТВ"). Таким образом, российская пресса разделяется на сферу господства политизированного капитала, контролирующего наиболее влиятельные центральные издания и ТВ, и сектор коммерческих масс-медиа, в который помимо центральных и региональных издательских групп можно включить новые телевизионные проекты и региональные телестанции, а также большую часть радиостанций. Границы между политизированной и коммерческой прессой размыты - крупные медиа-холдинги заинтересованы в окупаемости и, в конечном счете, прибыльности своих проектов. В плане содержания ощутимой разницы практически нет, кроме тех моментов, когда инвесторы мобилизуют прессу для своих целей, что бывает, правда, довольно часто. Следует справедливости ради отметить, что коммерческая пресса также участвует в информационных войнах на той или другой стороне. Склонность массовых коммерческих изданий к сенсациям и скандалам делает публикацию разоблачительных материалов и раздувание политических скандалов любимым занятием масс-медиа. Так что вся разница в предсказуемости поведения того или иного органа печати или телерадиовещания. Разумеется, коммерческая пресса выглядит лучше, потому что порой бывает трудно спрогнозировать, чью сторону она займет. Ведь к национальным интересам, соблюдению законов и сохранению стабильности призывают, как правило, все стороны любого информационного конфликта. Одной из особенностей нового периода является повышенная активность политизированного и коммерческого капитала в проникновении на региональные рынки, которая объясняется необходимостью формирования новых пропагандистских систем в преддверии парламентских выборов 1999 и президентских 2000 года. Эта тенденция проявляется повсеместно - начиная от запуска региональных выпусков изданиями, которые не сделали этого ранее ("МК", "Известия" и др.), и заканчивая проникновением московских телерадиовещателей в регионы благодаря формированию новых вещательных сетей. Политизированный капитал использует для расширения зоны влияния новые телекоммуникационные технологии, в том числе спутниковое вещание. Август 1998 года стал четкой границей, отделяющей процессы, происходившие в России за последние восемь лет, от последующих событий. Это начало конца второй республики. Изменение идеологии правительственной политики и структуры банковской системы не могло не привести к трансформации системы российских СМИ. Однако прошло еще слишком мало времени для того, чтобы новые тенденции обозначились в полной мере. Эпоха нового курса, что бы мы о ней ни думали, остается пока только предметом догадок. Поэтому мы не будем останавливаться на ней в этой книге подробно. Важным отличием нового этапа является усиление роли государства в системе СМИ, хотя справедливости ради следует отметить, что процесс концентрации управления информационными потоками в руках исполнительной власти имеет большую историю. Поэтому необходимо уточнить, что на новом этапе государство уже опирается не на крупные холдинги политизированного капитала, а на собственно государственные СМИ. Сильное правительство, поддерживаемое парламентским большинством, вступает в открытый конфликт с ослабленными кризисом крупными финансовыми группами, многие из которых контролируют влиятельные и массовые СМИ. Правительство не может всерьез рассчитывать на успех проводимой политики, не имея необходимого информационного обеспечения, не обеспечив защиту "с тыла", образно выражаясь. Тем более что близость президентских выборов может придать таким конфликтам весьма острые формы: кабинет, скорее всего, наживет себе новых врагов, хотя, быть может, найдет и новых союзников. Правительство Евгения Примакова обладает большим весом, нежели команда "молодых реформаторов" и правительство Кириенко, поэтому можно предположить, что на этот раз попытка создания единого центра, координирующего деятельность государственных СМИ, окажется более успешной. Согласно догме рыночного фундаментализма, государственное вмешательство в дела прессы - абсолютное зло. Однако история масс-медиа второй республики диктует несколько иные выводы. При условии существования мощных финансовых и политических группировок, обильно представленных в сфере массовой информации, сильный сектор государственных масс-медиа может способствовать не ущемлению, а сохранению свободы слова, представлению разнообразных точек зрения в СМИ, особенно учитывая тот факт, что интересы государства и крупного капитала редко совпадают. Разумеется, это не отменяет возможных негативных последствий консолидации контроля за правительственными СМИ в руках исполнительной власти, которые могут проявиться в освещении как внутренних, так и внешнеполитических проблем. Как показала работа государственного телевидения в ходе войны в Югославии, масс-медиа вместо детального освещения конфликта и его истории бывают склонны нагнетать истерию в обществе. Впрочем, этот упрек можно адресовать не только к СМИ, контролируемым федеральным правительством, но к тем, на которые оказывают влияние региональные органы власти (например, "ТВ-центру" из группы Лужкова). Примечания: 1 McNair B. Media in post-Soviet Russia: an overview // European Journal of Communications. vol. 9. 1994. 2 Androunas E. Soviet Media in Transition: Structural and Economic Alternatives. Westport, Connecticut - London, Praeger. 1993. р. 15-16. 3 Согрин В. Политическая история современной России 1985-1994: от Горбачева до Ельцина. Прогресс-Академия. М. 1994. стр. 157-158. 4 Парламентские выборы в России. Доклад Европейского Чеченская война: СМИ против власти Даже по отношению к событиям 1993 года нельзя сказать, что власть располагала безусловной поддержкой "демократических" СМИ. Несмотря на существование дотаций, отношения между властью и прессой на заре второй республики являлись не покупкой поддержки, а партнерством. Это партнерство было обусловлено прежде всего тем, что руководство "демократических" изданий в принципе поддерживало политику демократических рыночных реформ, а также стояло на твердых антикоммунистических позициях. Пресса самим своим существованием (популярностью, влиянием, не говоря уже о приватизации изданий) была обязана новому политическому режиму. И тем не менее, в начале девяностых пресса действительно воспринимала себя как "четвертую власть", то есть как самостоятельный общественный институт. Это означало, что главные редакторы и журналисты чувствовали свою ответственность перед обществом и полагали, что пресса может и должна критиковать власть тогда, когда она допускает ошибки. Вплоть до войны в Чечне президент России был вынужден прислушиваться к мнению прессы, особенно когда оно выносилось солидарно. Главных редакторов, казалось, невозможно было снять. К примеру, мысль о том, что можно снять генерального директора российского государственного телевидения Олега Попцова, казалась совершенно невозможной - известно, что президент много раз подписывал указы об этом, но вынужден был в последний момент отступать.1 Альянс прессы и власти оказался разрушен после того, как Борис Ельцин начал войну в Чечне. С точки зрения российской прессы и той "демократической" печати, которая ранее поддерживала президента, "демократического" телевидения и коммерческих масс-медиа, не говоря уже об оппозиционной печати (за исключением национально-патриотических изданий вроде газеты "Завтра"), война в Чечне была совершенно бездарной и бессмысленной авантюрой. Войны вообще редко бывают разумными. В чеченской войне толка было столько же, сколько в операции "Лиса в пустыне", а жертв значительно больше. Кроме того, следует помнить, что именно чеченская война дала козыри в руки сторонников расширения НАТО. Какой бы мифологичной ни была система ценностей "демократической" прессы, в случае с Чечней ее нельзя упрекнуть в непринципиальности. Идеалы второй республики, полагали журналисты, не совместимы с войной, тем более гражданской. Собственно, главной задачей демократии является преодоление войны через открытые политические процедуры. Чеченская авантюра была, так же как в свое время афганская война, начата кулуарно. Ее причины не объяснялись, а необходимость - не доказывалась. Публике и прессе оставалось только догадываться, что здесь сошлись нефть и желание легкой победы для укрепления власти президента, а также возможный повод для введения чрезвычайного положения и отмены президентских выборов. После того, как солидарно занятая российской печатью и телевидением позиция не привела ни к каким переменам в политике властей, пресса оказалась перед серьезной дилеммой. Нужно было либо признать верховную власть президента, граничащую с диктатурой, - и тем самым признать, что эта диктатура была создана усилиями "демократической" печати и ТВ. Либо - показать власти, кто в доме хозяин, то есть доказать, что "демократическая" пресса по-прежнему обладает реальным влиянием на политику властей, а диктатура получилась как минимум просвещенная. В результате "Известия", "Комсомольская правда", "Аргументы и факты", "Московский комсомолец", а также российское государственное телевидение РТР и НТВ сменили лояльное отношение к президенту на резко оппозиционное. Лояльность сохранили только первый канал "Останкино" и "Российская газета". Так началось противостояние прессы с властью, которое продолжалось почти два года. И несмотря на то, что средствам массовой информации удалось нанести серьезный урон партии власти, в конце концов "четвертая власть" вышла из этого противостояния побежденной, хотя со стороны могло показаться, что получилась "ничья". В литературе об истории СМИ в России представлены два диаметрально противоположных взгляда на развитие конфликта в Чечне и его освещение в масс-медиа. Вот как описывает события в Чечне авторитетный историк советской печати Рафаил Овсепян. События в Чечне были восприняты в обществе неоднозначно. Официальные источники умалчивали о тех тяжелых потерях, которые несли российская армия и внутренние войска в боевых действиях с чеченскими вооруженными формированиями. В полную меру правом на гласность воспользовались средства массовой информации. Они первыми заговорили о том, что скрывалось от народа. В репортажах по телевидению и радио, в многочисленных газетных публикациях рассказывалась правда о тяжелых боях, о том, как гибнут недавно призванные в армию, плохо обученные солдаты. С первых же дней боевых действий в Чечне в российской журналистике, вначале глухо, разрозненно, а затем все громче и сплоченнее, граждане России выражали свой протест кровопролитию в Чечне. В 1996 году этот протест значительно усилился. В начале года было опубликовано письмо ста известных в стране представителей научной и творческой интеллигенции Борису Ельцину, призывающих остановить войну. Во всех средствах массовой информации сообщалось о поистине массовой акции, проведенной губернатором Нижегородской области Немцовым. Он вручил президенту России миллион подписей нижегородцев, требующих прекратить войну в Чечне. Акцию нижегородцев поддержали многие регионы страны. У прессы были все основания заявлять о том, что война в России сегодня более чем непопулярна, что стране не нужно кровопролитие, что граждане России не хотят подставлять головы под пули чеченских боевиков. А это значит, пора кончать войну.2 Другой взгляд на историю освещения событий в Чечне представлен в книге А.Грабельникова, в главе с характерным названием "Конфронтация СМИ". В параграфе "Дестабилизирующий характер современных СМИ" Грабельников определяет этот исторический эпизод как "редкий случай в истории журналистики, когда национальные СМИ во время войны выступали на стороне противника".3 Чеченский кризис показал, что "четвертая власть" может быть исполнительной, не говоря уже о законодательной и судебной. Вместо отражения общественного мнения некоторые СМИ взялись за его формирование...4 Представления А.Грабельникова об окружающем мире почерпнуты, судя по всему, из эпохи Бисмарка. В частности, он оправдывает войну в Чечне как средство сохранения целостности российского государства перед лицом хищных стран Запада. С таким мировоззрением бессмысленно спорить, но некоторые наблюдения автора все же бывают меткими. Вероятно, именно неприятие позиции центральных СМИ заставило его перечислить некоторые из наиболее вопиющих фактов их "дестабилизирующего" воздействия. Так, "Общая газета", издаваемая Егором Яковлевым, опубликовала материалы "суда" над президентом, а его портрет напечатала в траурной рамке, намекая на форму приговора... Телевидение - НТВ, "Вести"5 - увеличило показ митингов в поддержку Чечни6, даже если их участники составляли несколько десятков человек... Выступление на одном из митингов Новодворской, которая призывала москвичей собирать деньги на вооружение чеченских ополченцев и утверждала, что дезертирство - святой долг каждого уважающего себя гражданина России, информационная программа на канале "2х2" показывала каждый час в течение всего дня.7 Корреспондент "Российской газеты" не мог скрыть своего возмущения, называя выступление Новодворской изменой Родине. ...Телевидение играет на самом святом - на человеческом сострадании. Кадрами материнских слез, их криками о своих потерянных в боях сыновьях-солдатах переполнен телевизионный эфир. Телевидение ведет себя так же, как чеченские бандиты, выставляющие впереди боевых колонн женщин и стариков и стреляющие из-за их спин по российским солдатам.8 Новодворская, разумеется, маргинал, причем из той породы, которую спецслужбы используют для дискредитации идей, прося их озвучить. Однако любопытно, что "Российская газета" со своей ультрапатриотической позицией, которая, казалось бы, столь уместна в печати в военное время, сама тоже оказалась среди таких маргиналов. Чеченский конфликт внес существенные изменения в противостояние средств массовой информации. Демократические издания, забыв о своих недавних противниках, таких, как газета "Завтра", "Советская Россия", нашли новый объект для массированного "обстрела" - правительственную "Российскую газету". Произошло это потому, что она, в отличие от других изданий, включая и патриотические, коммунистические, поддержала действия президента и федеральных войск, направленные на разгром дудаевских боевиков. "Московский комсомолец" заявил, что вся нация безоговорочно осудила "чеченскую авантюру", одна лишь "РГ" противостоит всей нации. А.Н.Яковлев в интервью радио "Свобода" квалифицировал "РГ" как профашистское издание и самую лживую газету в стране".9 Генрих Боровик, журналист-международник, клеймивший в прошлом в своих памфлетах американский империализм, теперь с такой же яростью набросился на собственное правительство. Нарушив сетку вещания, он вышел в эфир, прервав детскую телепередачу "Спокойной ночи, малыши!", и в свойственной ему саркастической манере одобрил решение российских властей бомбить бандформирования в Чечне и посоветовал обратиться с просьбой к НАТО отбомбить Москву, так как здесь тоже много бандитов. Интересно то, что запись этого выступления после эфира по указанию А.Н.Яковлева была уничтожена.10 По словам Грабельникова, материалы полевых газетных и телевизионных корреспондентов подвергались серьезной правке в московских редакциях. Массированная обработка общественного мнения средствами массовой информации стала настолько очевидной и невыносимой для армии, что воины объединенной группировки войск в чеченской республике обратились к президенту, председателю правительства, председателю Государственной Думы, министру обороны и начальнику Генерального штаба России с заявлением, в котором обрисовали свое сложное положение. Они подчеркнули, что по существу действуют в окружении. С фронта им противостоят банды профессионалов-убийц, которых собрали со всего мира, а с тыла удары наносят противники укрепления российской государственности, засевшие в ряде средств массовой информации, в составе отдельных псевдопатриотических политических движений и общественных организаций страны. Прикрываясь поддержкой беспринципных политиков, активно используя подтасовку фактов, выдергивание из выступлений командного состава армии отдельных высказываний и слов, откровенную фальсификацию событий и фактов, многие российские СМИ дезинформируют население, преднамеренно обостряют политическую обстановку в стране, подрывают авторитет России на международной арене.11 После обширной цитаты этого документа, подготовленного, вероятно, войсковыми специалистами в области пропаганды, Грабельников разоблачает пропагандистскую кампанию в СМИ еще на протяжении пяти страниц. По словам Глеба Павловского, президента Фонда эффективной политики, ведущего политического консультанта предвыборной кампании-96, в результате кампании в СМИ Борис Ельцин потерял остававшиеся у него на протяжении всей политической карьеры 20%, "которые всегда можно было превратить в 50". Это, собственно, и привело к тому, что в начале 1996 года, согласно опросам крупнейших российских социологических служб, его рейтинг составлял от 6 до 10 процентов - наименьший показатель за все время до выборов 1996 года. Согласно оценке Глеба Павловского, особенно сильными ударами по имиджу президента стало произошедшее в ходе чеченской войны и антивоенной кампании в прессе снятие табу с запретных прежде тем "президент и спиртное" и "здоровье президента". По крайней мере два скандальных случая стали достоянием гласности за это время. В первом - после, как сообщает А. Коржаков в своих мемуарах, обильно выпитого белого вина с президентом в самолете случился припадок: Из Америки в Россию мы возвращались через Шеннон. В ирландском аэропорту нашему самолету предстояло пробыть около часа - у президента Ельцина была запланирована сорокаминутная встреча с премьер-министром Ирландии. Но встреча не состоялась. Вместо Бориса Николаевича по трапу спустился первый вице-премьер правительства Олег Николаевич Сосковец и, не дав опомниться изумленному Альберту Рейнольдсу, сам начал дипломатическое мероприятие. Пресса на следующий день "взорвалась". Российские и зарубежные журналисты излагали десятки версий, одна неправдоподобнее другой, почему все-таки Борис Николаевич не вышел из самолета. Официальному сообщению президентской пресс-службы: дескать, Борис Николаевич так сильно утомился, что попросту проспал встречу в Шенноне, - никто не верил. Видимо, многие понимали: в самолете произошло неординарное событие, за тайной завесой которого кроется нечто большее, чем рядовой дипломатический конфуз.12 Если история "спящего в Шенноне", ставшая сенсацией в газетах и на телевидении, касалась и здоровья и спиртного, то следующий случай, когда президент России, как пишет А.Коржаков, выпив лишнего на жаре, попытался дирижировать оркестром в Берлине, трактовался уже просто как выходка алкоголика и позор для нации. С тем же рвением, с которым ранее пресса отстаивала курс реформ, она теперь развенчивала образ президента как национального лидера и сообщала во всех подробностях о бездарной чеченской кампании и многочисленных жертвах среди военнослужащих. Впрочем, позиция медиа-сообщества не была единой, некоторые журналисты выражали менее однозначные и антивоенные точки зрения. Например, либеральные журналисты Михаил Леонтьев и Максим Соколов оказались "державниками". В новой ситуации у власти появились и новые союзники: ура-патриотический журналист Александр Невзоров, автор фильма "Наши" о вильнюсских событиях и вышедшего уже в 1998 году художественного фильма "Чистилище", который вел специальную программу для ура-патриотов на ОРТ в ходе предвыборной кампании 1996 года, помогая расколоть Национально-патриотический союз компартии. Примечания: 1 Вот отрывок из мемуаров Александра Коржакова, бывшего начальника службы безопасности при президенте РФ, в котором описывается одна из попыток снять О.Попцова в ходе чеченской кампании. Я привожу ее без сокращений потому, что считаю глубоко характеризующей не только отношения прессы и власти в начале девяностых, но и первого президента России (здесь и далее использовалась электронная версия книги Коржакова; в связи с этим страницы не указываются): "Второй, государственный канал телевидения - РТР - в недопустимо грубой форме осуждал президента за ведение боевых действий в Чечне. Ельцина возмущала вся эта, как он выражался, "чернуха". Выход, как казалось, был один - снять с поста руководителя телекомпании Олега Попцова. Но все опасались осуждения в прессе - Попцов слыл демократом, к тому же основал второй канал. Указ о снятии шеф поручил подготовить Службе безопасности, чтобы в случае большого скандала всю вину свалить на "зарвавшегося" Коржакова. Кстати, при второй попытке уволить Попцова Ельцин поручил подготовить Указ Олегу Сосковцу. Я понимал деликатность ситуации, приготовился к обструкции журналистов, но на всякий случай попросил составить два проекта Указа. Бумаги отличались друг от друга лишь одной фразой - в первом документе на место Олега Попцова назначали Сергея Носовца исполняющим обязанности руководителя канала, а во втором - сразу главой телекомпании... Оба проекта Указа я привез Борису Николаевичу в Барвиху - на даче он грипповал и хандрил. Ельцин внимательно прочитал бумаги. - Нормально, но мне надо знать мнение Виктора Степановича, - сказал президент. - Хорошо, я сейчас к нему съезжу... Я показал документы Виктору Степановичу. Кроме Сергея Носовца, других кандидатур на пост председателя РТР у президента не оказалось. Виктор Степанович очень внимательно прочитал оба Указа и сказал: - А что, я Носовца прекрасно знаю. Давайте сразу назначать, что мы будем тянуть резину с исполняющим обязанности. И без колебаний завизировал указ о назначении Носовца руководителем второго канала. Я хотел сразу же уйти, но Черномырдин меня не отпустил. Пригласил за стол. Мы посидели, помянули брата. И я поехал к президенту. По дороге у меня возникла идея. Утром, на следующий день должен был состояться Совет безопасности. Может, президенту стоит на Совете обсудить свой Указ по кадровым перестановкам на телевидении? Показав шефу визу премьера, я предложил сообщить о новом назначении на Совете безопасности. Ельцин тут же зацепился: - Да, это будет правильно... - Я решил сделать еще одно кадровое изменение, - сообщил Борис Николаевич на Совете безопасности. - Подписал Указ о снятии Попцова. На его место назначаю Носовца. Мнения членов Совета неожиданно разделились. Рыбкин и Шахрай выступили против. Шумейко откровенно насторожился. Началась дискуссия не в пользу Указа. А Борис Николаевич дискуссий не выносил: - Давайте спросим мнение Виктора Степановича. Черномырдин без раздумий выпалил: - А что я, Борис Николаевич? Коржаков приехал, подсунул Указ, давай, говорит, подписывай. Я думал, что уже все решено, все согласовано, потому и подписал. Президент подвел итог: - Ну, раз все против, тогда не будем снимать Попцова... 2 Овсепян Р.П. История новейшей отечественной журналистики. Переходный период (середина 80х - 90е годы). М, Факультет журналистики МГУ. 1996. стр. 100-101. 3 Грабельников А.А. Средства массовой информации постсовесткой России. М, Издательство Российского университета дружбы народов. 1996. стр. 67-69. 4 Там же. 5 Так называлась информационная программа на РТР О.Попцова. 6 Очевидно, Грабельников имеет в виду не только митинги в поддержку Чечни, но и антивоенные митинги. Не вызывает сомнений, что для него это одно и тоже. 7 Грабельников А.А. Средства массовой информации постсовесткой России. М, Издательство Российского университета дружбы народов. 1996. стр.67-69. 8 Там же. 9 Там же, стр. 56. 10 Там же, стр. 69. 11 Там же, стр. 72-73. 12 Как свидетельствует Александр Коржаков, версия для прессы была придумана сходу, и была весьма неправдоподобной. - Что будем делать, как объясним случившееся? - Борис Николаевич, скажите, что очень сильно устали. Перелет тяжелый, часовые пояса меняются. Крепко заснули, а охрана не позволила будить. Нагло заявила, что покой собственного президента дороже протокольных мероприятий. И вы нас непременно накажете за дерзость. Он согласился и все это повторил перед журналистами. Вид у президента в Москве после сна был более или менее свежий, и мысль о том кошмаре, который на самом деле пришлось пережить, журналистам в голову даже не пришла. Сразу же с аэродрома Бориса Николаевича отвезли в больницу. Никого, он, естественно, не наказал. Пресса пошумела, погалдела да успокоилась, как всегда. Президентские выборы 1996 года: пропагандистская кампания нового типа Накануне президентских выборов 1996 года сложилась ситуация, когда казалось, что президент Ельцин не сможет победить на выборах. Пока представители демократических сил искали нового кандидата, Александр Коржаков, согласно распространенному в политических кругах убеждению, планировал государственный переворот, сам Ельцин пребывал в депрессии, а война в Чечне шла своим ходом. Чеченские вооруженные формирования совершали один за другим террористические акты, доказывавшие неспособность властей контролировать ситуацию. В этих условиях некоторые аналитики предлагали властям найти компромисс с оппозицией - и отменить выборы. Реальную Россию с ее разрывающими и кричащими противоречиями мало кто берет в расчет. Политическая элита озабочена только тем, как бы быстрее пропустить страну через молох президентских выборов, которые освободят ее (элиту) от необходимости принимать ответственные политические решения, от необходимости выработки конструктивной политики. В общественном сознании накануне якобы "судьбоносных" выборов нет ни реального образа той обрубленной по живому России, которая осталась после распада СССР, ни серьезного разговора об уроках прошлого, о реальных перспективах и возможностях развития нового русского государства...1 Александр Ципко в своей скандально известной статье "Президентские выборы в России надо отменить" от правильных посылок пришел к совершенно неверным выводам - для того, чтобы спасти Россию, по его мнению, следовало отказаться от демократии. На фоне войны в Чечне его убежденность в том, что диалог элит может изменить ситуацию в стране к лучшему, казалась крайне наивной, а статья была расценена многими как провокация. Положение осложнялось не только тем, что пресса вышла из-под контроля, но и скандальными результатами парламентских выборов 1995 года, в ходе которых партия власти, несмотря на поддержку региональной прессы, проиграла коммунистам и лишенной доступа к центральным СМИ партии Жириновского. Новая система средств массовой информации была структурирована иначе, чем прежняя. Печать была раздроблена на региональные рынки: центральные СМИ в регионах обслуживали незначительную часть населения по сравнению с региональными изданиями. Телевидение стало ключом к общероссийскому информационному пространству. Накануне президентских выборов телевидение уже было в значительной степени подконтрольно коалиции партии власти. ОРТ управлялось Березовским, на РТР строптивого Попцова заменили Эдуардом Сагалаевым (подробности формирования системы СМИ, а также распределения их среди инвесторов будут приведены в следующей главе). Кроме того, Березовскому удалось привлечь к предвыборной кампании Гусинского, НТВ которого наносило ощутимый вред имиджу президента России на протяжении последних двух лет (и заработало огромный кредит доверия за это время). Впрочем, просто контроля над средствами массовой информации было явно недостаточно для победы: успех коммунистов и партии Жириновского на парламентских выборах, проходивших (как всегда) под жестким прессингом лояльных масс-медиа, показал это со всей очевидностью. В такой ситуации группе банкиров, которую собрал Березовский, удалось убедить Ельцина в том, что все можно изменить благодаря использованию современных избирательных технологий. До выборов 1996 года владельцы СМИ, несмотря на формальный или фактический контроль, не умели управлять своими органами массовой информации. Современные информационные технологии оказались тем самым недостающим звеном, которое позволило на время выборов возродить масс-медиа в качестве пропагандистского аппарата партии власти и добиться победы на выборах, или, как утверждают некоторые наблюдатели, обеспечить достаточное прикрытие для фальсификации их результатов. Суть новых технологий состояла в том, чтобы, умело используя приемы информационной драматургии, перехватить инициативу у оппозиции и создать новый имидж президента. Однако для начала сторонникам выборов необходимо было убедить президента в том, что в случае применения новых технологий и использования всех имеющихся в распоряжении государства и политизированного капитала средств массовой информации кандидату с минимальным рейтингом победа на выборах может быть гарантирована. Примечания: 1 Ципко А. Президентские выборы в России надо отменить. Потому что "всенародно избранный" - не панацея, а беда //НГ. 20.02.1996. Роль государства в новой системе СМИ Государство во второй республике оставалось во многом определяющим фактором формирования новой системы средств массовой информации. Логика противостояния с союзными властями, персональный конфликт Бориса Ельцина и Михаила Горбачева поначалу сделали новые российские власти сторонниками независимости печати. Формирование первого российского министерства информации во главе с бывшим редактором "Московской правды" Михаилом Полтораниным заложило основу для первой приватизации масс-медиа и окончательного разрушения советской пропагандистской машины. Российское государство обладало мощными позициями на телевидении. Именно оно выступило инициатором создания ВГТРК, а позже получило в наследство от СССР еще и первый канал "Останкино" и четвертый - образовательный. Зато на рынке печати позиции государства были куда более слабыми. Созданная в 1990 году "Российская газета" несколько лет оставалась единственным государственным органом информации в новой России - больше того, газета контролировалась Верховным Советом. Однако в общем и целом партнерство с освобожденным "демократическим" журналистским сообществом обеспечивало новым российским властям необходимую поддержку для того, что позволило не заниматься воссозданием системы государственных СМИ. Государственные печатные издания В действительности громкое пророчество Елены Андрунас о том, что все консервативные издания в России обанкротятся и будут закрыты (оно цитировалось во второй главе), подтвердилось пока в отношении одной-единственной государственной газеты, да и то только отчасти. Как известно, помимо принадлежавшей правительству "Российской газеты", у администрации президента были "Российские вести". Оба издания хвастались огромными тиражами и финансировались из бюджета. Но в начале 1998 года редакция "Российских вестей" сменила учредителя и перешла на еженедельный график выхода. В конце 1998 года газета вышла снова, на этот раз - как издание Союза кинематографистов Никиты Михалкова и Управления делами президента Павла Бородина (хотя по непроверенной информации, Михалков профинансировал эту покупку из кармана Бориса Березовского). Мало кто встретил известие о разводе президентской администрации и "РВ" с печалью или тревогой. Целесообразность выпуска одновременно двух убыточных правительственных изданий вызывала серьезные вопросы. Наблюдатели сходились на том, что функция газет состояла в защите интересов различных властных структур. Однако то, как два государственных издания боролись за выживание, само по себе интересно, потому что рыночные методы не фигурировали в приемах этой борьбы. Больше того, стилистически оба издания (фактически в равной степени) были своеобразным бастионом консервативной журналистики, упорными продолжателями концепции советского массового издания. Во время противостояния Верховного Совета и президента Ельцина, обозначившегося еще в марте 1993 года, "Российская газета" была рупором парламента. После событий 3-4 октября и парламентских выборов "РГ" была переведена в подчинение правительства России - как трофей. В этом качестве газета также отличилась - опубликовав несколько материалов в стиле газеты "День" ("Завтра"), разоблачающих происки коварной финансовой группы "Мост" и московского мэра, их покровителя (нашумевшая статья "Падает снег"). Это событие комментировалось в прессе как интрига Коржакова, что подтвердилось после знаменитой операции службы безопасности президента против охранников группы "Мост", в ходе которой служба безопасности президента столкнулась с федеральной (ФСБ). Правда, после смены главного редактора "Российской газеты" Натальи Полежаевой на бывшего редактора "Рабочей трибуны" Сергея Юркова подобных эксцессов с участием газеты больше не наблюдалось. Валерий Кучер, главный редактор газеты "Российские вести", был удостоен награды за создание "демократической официальной газеты". Действительно, "Российские вести" не оказывались в центре скандалов вроде тех, что сотрясали "Российскую газету", последовательно занимая официально-демократическую позицию. Разумеется, что в ходе президентских выборов 1996 года газета поддерживала партию власти и ее кандидата Бориса Ельцина. Назначение Кучера руководителем пресс-службы президентской администрации в апреле 1996 года с сохранением за ним поста главного редактора "РВ" показало, что газета фактически использовалась как официальный орган предвыборной кампании. Соперничество между "Российской газетой" и "Российскими вестями" не прекращалось никогда, время от времени обостряясь на фоне дискуссий о необходимости содержания двух газет за счет федерального бюджета. Борьба эта происходила не только в области тиражей, но и в сфере поисков покровителей во властных структурах. Возможно, именно шаткое положение "Российской газеты" в свое время сделало ее участницей "дворцовых" интриг. Однако в итоге именно "РГ" осталась единственной газетой российской исполнительной власти, выиграв соревнование у коллег, прилагавших больше попыток сохранить лицо. Хотя причины, по которым исполнительная власть предпочла то, а не другое издание, все же скорее другие - по закону, постановления и законы вступают в силу после опубликования в "РГ", что естественным образом способствовало росту ее популярности. "РВ" были лишены этого конкурентного преимущества, в то время как пропагандистский эффект от газет был одинаково низким на фоне обширного спектра информационных услуг, которые предлагали власти крупные медиа-холдинги. Помимо газет государство издает еще два журнала - "Родина" и "Российская федерация", которые не играют заметной роли ни в информационной, ни в медиа-политической системах. Завершая тему печатных изданий государства важно отметить, что важнейшие полиграфические предприятия в столице по-прежнему остаются в федеральной собственности - как государственные концерны. До сих пор это не имело особого значения, и вряд ли будет иметь в будущем, если только не будут введены драконовские пошлины на печать за границей, которые лоббируют коммунисты в Думе. Впрочем, трудно предположить, что государственный контроль за типографиями может выродиться в цензуру. Скорее, невозможность перекупить существующие полиграфические концерны со временем приведет к появлению частных типографий - до сих пор, правда, российские концерны были слишком бедны для того, чтобы позволить себе такие инвестиции. ОРТ: история создания и использования ОРТ является ключом к российскому информационному пространству. У этого канала сохраняется наибольшая зона охвата российской территории. В этом качестве ему немного уступает ВГТРК (94,7 к 93,4%1 по одним данным, 95 к 91% - по другим;2 по словам Ксении Пономаревой, охват ОРТ составляет 98,1% аудитории). Все остальные каналы имеют значительно меньшую территорию вещания, хотя, если считать по количеству охваченного населения, то этот разрыв не покажется таким уж большим: как государственные каналы, ОРТ и ВГТРК обязаны покрывать даже самые малонаселенные территории страны. Первый канал всегда был зоной особого внимания со стороны власти и на его фоне РТР выгодно отличался независимостью взглядов и автономией редакционной политики. В качестве председателя "Останкино" Егор Яковлев пытался высвободить творческую энергию трудового коллектива - но недолго, потому что его сняли еще до октябрьских событий. В советские времена первый канал был официальным, и в бурном водовороте политических кризисов президент не мог позволить себе роскошь лишиться такого пропагандистского инструмента только потому, что у директора канала имеется самостоятельная позиция. История создания АОЗТ "Общественное российское телевидение" берет начало осенью 1994 года. Разумеется, "общественный" в данном случае пустое слово, потому что ОРТ не имеет ничего общего с общественно-правовым телевидением в том смысле, в котором воспринимается эта концепция на ее родине, в Европе. По всей видимости, ее использование было необходимо для того, чтобы убедить Бориса Ельцина, что предложенная модель реформирования канала не вызовет возражений в обществе, так как является вполне прогрессивной. Кроме того, организатором реформы нужно было снять понятные возражения в государственном аппарате и в "демократической" печати - ведь речь шла о частичной передаче собственности на первый канал крупному бизнесу. Впрочем, по большому счету всем было ясно: ОРТ должно было вернуть первому каналу рейтинг и симпатии зрителей для того, чтобы на предстоявших парламентских и президентских выборах 1996 года бросить все ресурсы на поддержку Ельцина и его союзников. 5 декабря был создан попечительский совет акционерного общества ОРТ под председательством Бориса Ельцина. 1 января 1995 года вышло распоряжение правительства РФ с персональным списком представителей государства в органах управления ОРТ. 24 января состоялось учредительное собрание акционерного общества. 28 февраля ОРТ зарегистрировано в Московской регистрационной палате. 1 марта 1995 года был убит возглавлявший канал Владислав Листьев. Убийство популярного телеведущего потрясло всех и стало темой для обильных спекуляций. Был объявлен траур, телевидение показывало портрет Листьева несколько дней подряд. До сих пор убийство не раскрыто - но сам факт подобного преступления лучше любых свидетельств дает представление о том, насколько напряженной была борьба вокруг первого канала. В последнее время некоторые материалы следствия по делу Листьева стали просачиваться в печать. Они опровергают версию о политической подоплеке убийства. В частности, в газете "Совершенно секретно"3 опубликована информация о существовавших еще до этого убийства разногласиях в рекламном бизнесе на телевидении - общеизвестно стремление Листьева навести порядок на канале за счет введения моратория на рекламу на несколько месяцев. Статья сопровождалась подборкой сводок о заказных убийствах, которая была призвана показать, как разрешались деловые конфликты в мире телерекламы. Другая версия, распространившаяся после того как в поисках разгадки убийства был проведен обыск у Березовского, состояла в том, что Листьев в последний момент отказался играть роль зиц-председателя, решив стать полновластным хозяином канала: хотя именно Березовскому, возможно, принадлежала идея реформирования первого канала с целью информационного обеспечения предвыборных кампаний, контрольный пакет в руках госструктур мог навести Листьева на мысль обойтись без посредника. Впрочем, до сих пор мы не располагаем достоверной информацией по делу Листьева и вряд ли когда-нибудь узнаем правду об этом деле. Но в одном отношении это убийство оказалось показательным: волна горя, обуявшего страну после гибели популярного телеведущего, показала степень эмоциональной привязанности людей к своим телегероям. Похожие массовые переживания сопровождали смерть принцессы Дианы и других медиа-персоналий. Это свидетельствует о широком и мощном эмоциональном воздействии телевещания - козыре телевидения перед печатью как средства пропаганды и манипуляции общественным мнением. 20 марта председателем совета директоров ОРТ был назначен Сергей Благоволин (о своем назначении узнавший по телефону - он был в Японии). Руководитель пресс-службы Госкомимущества (иначе говоря, человек Чубайса) Аркадий Евстафьев стал его заместителем по информационному вещанию. Другим заместителем Благоволина стал сам Борис Березовский. Узурпирование контроля над первым каналом телевидения под видом создания "общественного" канала не могло не вызвать возражений оппозиции. Еще в 1995 году политическая подоплека реформы "Останкино" накануне выборов в Государственную думу и президентских выборов сделала ОРТ мишенью массы критических публикаций и предметом скандала в парламенте. Однако похоже, что подбор учредителей телеканала оказался верным - политическое сопротивление не смогло помешать работе нового телеканала. Точно так же, очевидно, как не помешало руководству первого канала появление в печати (в газете "Правда") накануне президентских выборов материалов Счетной палаты о злоупотреблениях на телеканале. Учредители АОЗТ "Общественное Российское Телевидение"4 (на 24.01.1996) ГКИ 36%РГТРК "Останкино" 9%Государственное предприятие "Телевизионный технический центр" 3%ИТАР-ТАСС 3%АО "Ассоциация независимых телекомпаний" 3%АО "Логоваз" 8%Национальный фонд развития спорта 2%Банк "Менатеп" 5%Банк "Национальный кредит" 5%Банк "Столичный" 5%РАО Газпром 3%"Альфа-банк" 5%"Объединенный банк" 8%АО "Торговая компания "Микродин" 5% Реально на политику канала оказывал влияние, даже после формальной отставки с поста заместителя директора ОРТ и перераспределения акций АО только Березовский. За то время пока он воспринимался как посредник, действующий по личному поручению президента, Березовскому удалось добиться такого влияния, что он продолжает сохранять контроль за каналом до сих пор, хотя давно уже стал самостоятельной политической фигурой и его отношения с Ельциным стали весьма противоречивыми. Как ему удалось достичь таких результатов? В конце 1998 года в прессе появилась информация о том, что существует нотариальная доверенность, по которой контроль за принадлежащим структурам Березовского пакетом акций ОРТ передавался лично президенту России Б.Н.Ельцину. Когда появилась эта информация, президент заявил, что ничего не знал об этой доверенности, что похоже на правду. В любом случае, с точки зрения реального влияния на информационную политику первого канала, следует признать огромное значение неформальных методов управления, вообще характерных для России девяностых. Путь к захвату контроля над ОРТ для Березовского лежал через назначение слабой фигуры зиц-председателем при параллельном захвате контроля над финансовым менеджментом. Далее все проходило по модели "русской приватизации", отработанной новыми русскими финансистами на промышленных предприятиях с так называемыми "красными директорами". Смысл этой стратегии состоит в том, чтобы покупать работников, а не предприятие. Вероятно, именно этой цели (помимо бегства от налогов) служила система двойных заработных плат на телеканале, размер которых у важнейших сотрудников определялся лично Березовским или его ставленником, Бадри Патаркацишвили. Слухи о том, что Березовский контролирует канал подтвердил, уходя, Благоволин в интервью газете "Коммерсантъ-Daily",5 назвав неспособность оказывать реальное влияние на политику ОРТ причиной своей отставки. Любопытно, что сменившая его на посту руководителя канала Ксения Пономарева, в прошлом руководящий работник в концерне "Коммерсантъ", заявила, что дала согласие на свое назначение только после того как было принято ее единственное условие: "не работать Благоволиным"6 (т.е. зиц-председателем. - И.З.). Следует ли понимать это так, что политическая позиция канала ее не интересовала? "Первый канал - президентский канал", - любила говорить его управляющая. Свою задачу она видела в том, чтобы поднять рейтинг новостных программ, вернуть каналу популярность и рекламные бюджеты, а это было бы невозможно без значительных полномочий. По всей видимости, ею двигали сугубо профессиональные амбиции, и как специалист-управленец она оказалась находкой для канала. Согласно данным, которые приводятся в "Обзоре российского телевидения", воссозданная под непосредственным руководством Пономаревой программа "Время" на ОРТ в начале 1998 собирала аудиторию в 14 млн зрителей каждый вечер и имела рейтинг 26%. Надо сказать, что Пономарева не отступила от своих условий. После того, как в начале политического сезона, 1 сентября 1998 года, без консультаций с ней Сергей Доренко в очередной раз вернулся на работу ведущего программы "Время" первого канала, она ушла в отставку7. Сергей Доренко тоже стал своего рода находкой для канала. Военный переводчик по образованию, "самый красивый ведущий на ТВ" по определению президента, Доренко принял этический кодекс самурая и мораль военного времени в том, что касалось отстаивания интересов Березовского. Поразительно, но откровенность и прямолинейность заслужили ему известную популярность среди журналистов. Крутой мужик: продается и не скрывает. Доренко был главным оружием Березовского, которого тот берег до последнего. Например, в мае 1998 года Сергей Доренко ушел из эфира, но не в отставку, о чем заговорили сразу же те, кого раздражал его талант пропагандиста и агитатора, а на повышение - он стал главным продюсером информационного вещания8, сменив на этом посту Александра Любимова. Телеведущий то появлялся в студии, то исчезал с экрана на руководящие должности канала в зависимости от обстоятельств. По всей видимости, он всегда знал, почему он уходит и зачем он возвращается вплоть до 8 декабря 1998 года, когда он был отстранен от ежедневного эфира без объяснения причин.9 Интересно, что Доренко не сразу стал самураем Березовского. Как пишет Джульетто Кьеза: Мне припоминается реакция Сергея Доренко на закрытие его программы "Версии", выходившей на только что приватизированном ОРТ. Тогда он был еще не такой толстокожий и, разговорившись с оппозиционным журналистом, публично обвинил Сергея Благоволина (генерального директора ОРТ) и Бориса Березовского (в то время заместителя генерального директора) в цензурных вмешательствах. "Они думают, - сказал Доренко, - что пропаганду нужно хорошенько начищать, как ствол "калашникова", чтобы каждый день стрелять телезрителям прямо в лоб".10 Только после того как "Версии" закрыли, а самостоятельный проект экономических новостей Доренко на НТВ провалился, телеведущий смирился с ролью пропагандиста на ОРТ, за что и получил кличку "подберезовик". Примечания: 1 Источник: "Обзор российского телевидения". 2 Источник: данные Фонда "Общественное мнение", цитируется по исследованию Союза журналистов "Средства массовой информации России. 1997 год", стр.35. 3 Совершенно Секретно, #5 за 1998 г. 4 Российские СМИ на старте предвыборной кампании //Среда. 1995. #3. стр. 13-18.Позже, на заседании акционеров телекомпании, произошло перераспределение капитала, в результате которого банками был сформирован консорциум ( 38%), председателем которого стал руководитель банка СБС-Агро Александр Смоленский. Весной 1998 года Газпром передал АО "Логоваз" свой пакет акций. 5 У нас с Борисом очень хорошие отношения //Коммерсантъ-дейли. 31.10.97. # 188. 6 У первого канала женское лицо //Общая газета 23-29.10.97. # 42. 7 Крюкова А. "Время" пришло. Ксения Пономарева покидает ОРТ //НГ. 05.09.1998. 8 Коньков В. Доренко не ушли // Мир новостей. 23.05.1998. #21. 9 Yablokova О. TV anchor pulled off air // Moscow times 10.12.1998, Волынский А. Доренко не стал "добренко" и ушел! Мир новостей. 12.12.1998. 10 Джульетто Кьеза. Прощай, Россия! Издательство "Гея". М. 1998, Доренко цитируется по статье в газете Советская Россия за 28.09.1995. Газпром, Альфа-ТВ и СБС-Агро Активная экспансия Газпрома на медиа-рынке началась после того как главой холдинга "Газпром-медиа" стал бывший первый помощник президента Виктор Илюшин. На начало 1999 года Газпром уже передал свой небольшой пакет акций ОРТ Березовскому, но по-прежнему располагает 30% акций НТВ и финансирует "Открытое радио". Помимо этого Газпром имеет около 50 региональных телекомпаний и печатных изданий - для столичных информационных войн они совершенно бесполезны, но в ходе предвыборной кампании концерн получает преимущество перед другими медиа-холдингами, значение которого трудно переоценить. Региональные телекомпании, принадлежащие Газпрому, согласно сообщениям печати, планировалось преобразовать в телесеть с программным обеспечением телекомпании "Прометей". Для этого, по данным медиа-бюллетеня Национальной службы новостей, Газпром собирался закупить в США 2 новейших спутника. После этого зона покрытия газпромовского ТВ должна была достичь всей территории бывшего СССР. Кроме того, Газпром контролирует газеты "Труд" и "Рабочая трибуна", причем последняя газета с 31 марта 1998 года сменила название на "Трибуна" по инициативе компании. Назначение Сергея Зверева, одного из руководителей "Мост-Медиа", на пост заместителя председателя концерна свидетельствует о том, что старое поколение управленцев вынесло новое понимание ситуации из выборов 1996 года и последующих информационных войн. Правда, есть мнение, что после кризиса концерн занялся оптимизацией своей собственности в сфере масс-медиа - однако скорее всего она будет производиться исключительно за счет филантропических проектов. Без всяких сомнений, Газпром будет стремиться и дальше наращивать свое политическое влияние в СМИ. Одно время поговаривали, что Газпром перекупил у американской компании Story First Communications телесеть СТС, однако позже стало известно о том, что реально имеет место консолидация двух других инвесторов телесети, которая, возможно, привела к формированию нового медиа-холдинга Альфа-ТВ. Акционеры СТС, о которых идет речь - это группа "Альфа" и Сергей Лисовский, владелец рекламной компании "Премьер СВ", который вплоть до конца 1998 года был эксклюзивным рекламным агентом первого канала и дилером канала ТВ-6 (сейчас он крупнейший должник каналов). "Альфа" является одним из мелких акционеров ОРТ. Помимо крупнейшего издательства "Вагриус" и продюсерской компании "ЛИС'С" Сергей Лисовский владеет группой сугубо развлекательных СМИ, функционирующих вне политического контекста. Это музыкальный телеканал "МузТВ", 31 канал (часть акций которого Лисовский перепродал ЛукОйлу) и журналы "ТВ-Парк" и "Кино-парк", а также, по данным "Русского телеграфа", "Я сама" и "Медведь".1 Впрочем в печати не появилось подтверждения информации о полном слиянии. На конец лета 1998 года речь шла только о создании холдинга "Альфа-ТВ", в котором контрольный пакет принадлежит группе "Альфа". В холдинг вошли два телеканала - СТС и Муз-ТВ и несколько региональных станций. На сегодняшний день не один из каналов группы не располагает информационной службой, которая бы освещала политику или бизнес, оба построены по модели развлекательного вещания, т.е. работают вне политического контекста. Кстати, холдинг Лисовского и сам по себе может рассматриваться как пример концентрации СМИ - но не политической, а коммерческой. Правда, аполитичность его масс-медиа в 1996 году не помешала бизнесмену стать ключевым подрядчиком предвыборного штаба Ельцина по организации молодежной кампании "Голосуй или проиграешь!", а позже - участвовать в совещаниях по подготовке информационных кампаний для федерального правительства. В своем интервью журналу "Эксперт" в конце 1998 года Лисовский заявил, что зарекся заниматься политикой. Трудно сказать, что он имел ввиду, однако очевидно, что его медиа-издательский концерн не может служить опорной базой для крупных пропагандистских кампаний политического свойства. Пока во всяком случае. Вообще же, если говорить о коммерческих масс-медиа, то в системе СМИ второй республики у тех из них, кто способен проводить относительно независимую информационную политику, появляется дополнительная функция: именно они задают стандарты в профессиональной и этической конкуренции на рынке, под которые ангажированные СМИ в конечном счете вынуждены подстраиваться. Это и является в конечном счете причиной формирования единых профессиональных стандартов СМИ в глобальном масштабе, о влиянии которых на примере политических коммуникаций мы говорили в предыдущей главе. Глава четвертая. Медиа-политическая система Группа СМИ Березовского: инструмент влияния Борис Березовский сосредоточил в своих руках крупные пакеты акций первого и шестого телеканалов, т.е. ОРТ (16%) и телесети ТВ-6, развивающей активную экспансию на региональном телерынке (порядка 26%). Он также контролирует "Независимую газету" и журнал "Огонек". Поговаривают, что после президентских выборов и раскола в газете "Известия" именно он дал гарантии под кредит для "Новых Известий", которые издает бывший редактор газеты Игорь Голембиовский. Это равносильно контролю за газетой - ведь "Новые Известия", по общему мнению, коммерчески бесперспективны, а цветная печать может только увеличивать убытки - следовательно, вряд ли этот кредит редакция сможет вернуть сама. Очертания "империи Березовского" размыты, а точные данные о его участии в тех или иных предприятиях трудно добыть, поскольку они распространяются не благодаря, а вопреки его желанию. Например, список учредителей ОРТ был впервые опубликован в ультракоммунистической газете "Советская Россия". Впрочем, отсутствие гласности в сфере собственности СМИ во многом объясняется тем, что законом о СМИ проблема прозрачности масс-медиа решается через институт учредителя, который сегодня становится все более формальным. Ни один из владельцев СМИ не обязан афишировать свою роль, если только он не подпадает под действие экономического законодательства, требующего гласности в открытых акционерных обществах. Именно поэтому важнейшие органы информации регистрируются как закрытые акционерные общества. Для Бориса Березовского успех СМИ на рынке влияния имеет огромное значение, так как является фундаментом его политической и деловой карьеры. Однако это не означает, что он готов пускать деньги на ветер. Во всяком случае, как уверял в личной беседе заместитель генерального директора ОРТ Кирилл Игнатьев, канал должен выйти на самоокупаемость уже к 2000 году. Сейчас, по его словам, этому мешает главное требование, предъявляемое к первому каналу, а именно полный охват российской территории. По словам Игнатьева, ОРТ стал заложником министерства связи и старой неэффективной системы передатчиков, которую руководство телекомпании пытается обойти с помощью современных технологий. Однако уже сегодня в рамках ОРТ функционируют и высокоприбыльные компании, например ОРТ-видео, занимающаяся прокатом видеофильмов. Смена главного редактора в журнале "Огонек" в 1997 году (вместо Льва Гущина им стал В.Б.Чернов) также произошла по причине недовольства дотационностью издания. Перед новым главным редактором поставлена задача сделать издание прибыльным за два года. Из всех российских групп СМИ теневой холдинг Бориса Березовского больше всех подходит под определение "кланового". Слухи о том, что к этому клану принадлежат и СМИ, контролируемые банком СБС-Агро, подтвердились в сентябре 1998 года.1 Перед введением внешнего управления, его руководство передало или продало Березовскому сетевое информационное агентство "Национальная служба новостей" и радио "НСН", вещающее в диапазоне УКВ. За этим последовала радикальная смена репертуара радиостанции с коммерческого джаза на электронную музыку и русский поп. Новым программным директором радиостанции стал один из создателей радио "Максимум" Михаил Козырев, за которым на волну "НСН" перейдут, возможно, некоторые программы этой радиостанции. По информации бюллетеня "Масс-Медиа" НСН, партнером Березовского по радиобизнесу стал Руперт Мердок,2 с которым у бизнесмена установились теплые отношения. Так, в январе 1999 года было объявлено о начале создания совместного рекламного агентства ОРТ, ТВ-6, ЛогоВАЗа и News Corporation Мердока. Впрочем, пока Мердок готов участвовать только в тех предприятиях своего русского компаньона, контроль за которыми не может быть оспорен. Как стало ясно в декабре 1998 года, к ним никак нельзя отнести ОРТ. Статья в газете "Коммерсантъ" за 15 декабря называлась "Березовский теряет ОРТ".3 Согласно версии издания, правительство Примакова сделало то, на что замахивался ОНЭКСИМбанк во время скандала вокруг "Связьинвеста", скупая долги телекомпании с дисконтом, - оно стало крупнейшим кредитором канала, не дав в то же время его обанкротить. Долги ОРТ, по оценкам газеты, составляют $75-80 млн. долларов и, как утверждает генеральный директор ОРТ Игорь Шабдурасулов (избранный на общем собрании акционеров 15 октября 1998 года), на сегодняшний день у канала нет никакой возможности с ними расплатиться. Таким образом, полагает автор статьи, контроль Березовского может быть окончательно поставлен под сомнение: когда правительство контролирует и контрольный пакет акций канала и является его крупнейшим кредитором, у Березовского не остается пространства для маневра. Единственное средство информации, на котором Березовский не экономит и не собирается зарабатывать в принципе - "Независимая газета". По силе воздействия на политическую элиту России "НГ" приближается к центральному телевидению. "НГ" можно рассматривать как исключение, которое подтверждает правило: коммерциализация СМИ является естественной потребностью крупных медиа-холдингов. Но при этом очень важно иметь ввиду, что рыночная стратегия далеко не всегда вступает в противоречие с политическими интересами собственника, даже когда она получает определенный приоритет. Особенно четко это проявляется в случае с массовыми средствами информации (ОРТ, "Московский комсомолец"), где сенсационная подача материалов порой служит средством более эффективного распространения пропаганды. В случае с такими тонкими инструментами, как "НГ", работающими с просвещенной элитой, собственники вынуждены вести себя аккуратнее. Но при этом манипулятивная природа СМИ не изменяется в принципе, а камуфлируется. Иначе говоря, от того, что масс-медиа становятся коммерческими, они становятся не более объективными, а скорее более объективистскими. Разница не содержательная, а стилистическая. Хотя в зрелых коммерческих системах информации это различие может быть более заметным ввиду господства информационно-фактологической культуры журналистики, как в Великобритании или в Америке. Но в России, где журналист по-прежнему видит свою задачу не в информировании, а в просвещении (или разоблачении - это две стороны одной медали), вряд ли в ближайшем будущем следует ожидать резкого изменения ситуации. Примечания: 1 Помимо всего прочего, это открывает нам картину распределения акций ОРТ в новом свете: по крайней мере, становится понятным, почему именно СБС-Агро возглавил консорциум банков. 2 Бюллетень "Масс-медиа" Национальной службы новостей, 19-25 октября 1998 г. 3 Самойлова Н. Березовский теряет ОРТ // Коммерсантъ. 15.12.1998 #233. Холдинг Гусинского: от газеты влияния к коммерческой группе СМИ С точки зрения участия в политике основное отличие Гусинского от Березовского состоит в мотивации. Для Гусинского, как и для Мердока, участие в политике важно потому, что оно позволяет развивать в первую очередь медиа-бизнес (политические интриги Березовского, как правило, ориентированы на бизнес в других отраслях экономики). Если с властью можно заключить сделку, используя при этом в качестве инструмента СМИ, то Гусинский готов пойти на это, но только при условии, что это приблизит его к цели - господству на медиа-рынке России и затем - глобальной экспансии. Быть может, именно глобальные перспективы побуждают его стремиться сохранить лицо. Объединенные под эгидой финансовой группой "Мост" средства массовой информации могут производить впечатление цивилизованной процветающей медиа-группы, особенно если держать в уме сравнение с империей Березовского, подчас больше похожей на оплот заговорщиков, чем медиа-холдинг конца 20 века. В России "Мост-Медиа" - это телекомпания "НТВ", элитарная радиостанция "Эхо Москвы", а также издательство "Семь дней", которое выпускает ежедневную газету "Сегодня", телевизионный еженедельник "Семь дней" (самое прибыльное издание группы - тираж его на начало 1998 года превышал 1 млн. экз.), ежемесячник "Караван историй" и еженедельный журнал "Итоги". Последний выходит в сотрудничестве с "Ньюсуиком". Кроме того, в группу Гусинского входит спутниковый телепроект "НТВ+", ориентированный на русскоязычную аудиторию за рубежом "НТВ-Интернэшнл" и региональная телесеть ТНТ (последние три телепроекта реализовывались уже после президентских выборов 1996 года), кинокомпания "Мост-фильм", собственная система распространения и полузамороженный из-за кризиса проект строительства мультиплексов (многозальных кинотеатров). Группа "Мост-Медиа" на сегодняшний день также является единственным российским медиа-холдингом, который проводит активную экспансию за рубежом. Кроме русскоязычного канала "НТВ-Интернэшнл", у которого есть конкурент в лице зарубежного канала ОРТ, "Мост-Медиа" проводила переговоры о покупке одного белградского телеканала. Эта сделка сорвалась, зато другая - покупка акций вечерней израильской газеты "Маарив", второй по величине в Израиле после "Едиот ахронот" - состоялась и наделала много шума в России и в Израиле. При всем ажиотаже, по сообщениям российской печати (как всегда), трудно понять, что же именно купил Гусинский. "Русский телеграф" сообщил о покупке 25%, а "по некоторым сведениям, 10%" акций газеты",1 тогда как, по информации журнала "Профиль" Гусинский получил 25% акций второго по величине в Израиле медиа-холдинга "Маарив". "Маарив" (в переводе на русский "вечерняя молитва") - информационно-издательский концерн, владеющий несколькими студиями звукозаписи, крупными пакетами акций израильской телекомпании "Тельад", кабельной телесети "Матав", выпускающий одноименную газету и занимающийся книгоиздательской деятельностью. За 25% акций "Маарива" г-н Гусинский выложит $255 млн. Кроме того, "Медиа-Мост" получит опцион на 10% акций (в дополнение к уже имеющимся 10%) кабельной сети "Матав".2 22 ноября 1998 года с мыса Канаверал был запущен американский спутник связи, который принадлежит "Мост-Медиа" и дает возможность одновременной трансляции пятидесяти цифровых каналов ТВ. Предполагается, что он с помощью цифровой технологии будет обеспечивать ведение телевизионных передач на западные районы России, а также на Израиль, где телеинформация на русском языке пользуется большим спросом. Потенциальное число подписчиков на эту службу составляет 200 тыс. Спутник дает возможность транслировать передачи по 50 каналам. "Наша цель - открыть окно в мир", - заявил председатель совета директоров ЗАО "Медиа-Мост" Владимир Гусинский. По его словам, новая служба должна начать действовать уже к концу декабря, причем российское правительство не будет вмешиваться в процесс составления программ.3 Цифровое вещание "НТВ+ Digital" началось в феврале 1999 года параллельно с аналоговым: Базовый пакет включает в себя пакет нижеследующих каналов: "Мир кино", "Наше кино", MTV-Russia, VH-1, Fashion, "Детский мир", Nickolodeon (с переводом), Discovery (с переводом), Animal Planet, Zone Vision (с переводом), THT, HTB. В дальнейшем планируется расширение пакета до 22-х каналов. Дополнительные пакеты: "007" (боевики) - 24 часа остросюжетных фильмов с ежедневными премьерами, "Ночной канал", НТВ-Плюс Спорт и НТВ-Плюс Футбол.4 Из всех заявленных ранее проектов, таким образом, "Мост-Медиа" пока не реализовал свой самый амбициозный и многообещающий - круглосуточный информационный канал на русском языке. Он заявлялся еще когда только планировалось создать аналоговое спутниковое телевидение, но все наработки в результате пошли на усиление дневного эфира НТВ, подаренного компании переизбранным президентом. История медиа-группы "Мост" начинается с раскола в редакции "Независимой газеты". В 1992 году, примерно половина редакторов и журналистов создала новую ежедневную газету "Сегодня", финансировавшуюся за счет группы "Мост". Инициатором проекта стал заведующий отделом экономики "НГ" Михаил Леонтьев, а главным редактором газеты - бывший заместитель главного редактора "НГ", заведующий отделом политики Дмитрий Остальский. Любопытно, что сразу же после президентских выборов 1996 года Владимир Гусинский предпринял попытку переделать то, что осталось от газеты влияния в коммерческое массовое издание. С этой целью была произведена смена главного редактора газеты (им стал выходец из Издательского дома "Коммерсантъ" Евгений Серов). В газете практически целиком сменился состав журналистов (позже они всей командой были приняты на работу в открытую ОНЭКСИМбанком газету "Русский телеграф", а еще позже часть из них перешла в новую газету "Время"). Тогда же были введены рубрики, ориентированные на массового читателя, а также решено было начать выпуск газеты по понедельникам (до нее по понедельникам выходил только "Московский комсомолец", позже ее примеру последовала "Комсомольская правда"). Глава издательского дома "7 дней" Дмитрий Бирюков обозначил достаточно высокие ориентиры роста тиража газеты, однако на сегодняшний день можно констатировать, что прорыва так и не произошло. Смена редакции, впрочем, никак не отразилась на редакционной политике, по крайней мере в той части, в которой она формировалась под влиянием текущих нужд инвестора. Во время "битвы за "Связьинвест" газета стала органом информационной войны против ОНЭКСИМбанка и правительства.5 Следующей инвестицией группы "Мост" стало создание НТВ. Новое телевидение начало свое вещание в октябре 1993 года по Санкт-Петербургскому (пятому) каналу, позже поделив четвертый канал с образовательным (НТВ начинало вещание после 18:00). В ходе президентских выборов коммерческий директор НТВ Игорь Малашенко стал руководителем пресс-кампании Бориса Ельцина. После выборов НТВ получило утренний эфир 4-го канала по России. Последний проект "Мост-Медиа" - телесеть ТНТ, которая была запущена в январе 1998 года. Телесеть ориентирована на интересы регионального зрителя и содержит в основном развлекательные программы. Руководителями ТНТ стали Сергей Скворцов и Павел Корчагин, ранее запустившие проект СТС. Предложив части региональных компаний более выгодные условия, чем другие московские каналы, ТНТ удалось одним рывком оказаться в числе лидеров на российском региональном рынке. В результате экспансии ТНТ сильный удар был нанесен по сетям СТС и Ren-ТВ/НВС.6 В 1994 году к группе "Мост" присоединилось радио "Эхо Москвы", отличающееся мощным информационным вещанием и большой аудиторией, которая была приобретена еще в советские времена в ходе событий в Литве, когда радиостанция оказалась единственным источником информации о ситуации в этой республике. "Эхо Москвы" сохраняет высокий авторитет и по праву считается одной из наиболее информированных радиостанций в России. Традиционные особенности "ЭМ" (ура-либерализм, демократическая ориентация и симпатии к Григорию Явлинскому) вполне совпадают с пожеланиями инвестора. Возможно, именно поэтому "ЭМ" представляет собой один из примеров того, что редакция может сохранить лицо в больших медиа-холдингах. Впрочем, "ЭМ" не осталось в стороне от громких политических скандалов. Как показывает опыт, радиостудия может служить идеальным местом для проведения пресс-конференций с участием ТВ: можно дать гарантию, что разоблачения в прямом эфире будут подхвачены масс-медиа. Так, именно в прямом эфире радиостанции Александр Минкин обвинил Анатолия Чубайса во взяточничестве на основании имевшихся в его распоряжении документов, по которым первый вице-премьер должен был получить около ста тысяч долларов гонорара за главу в книге о приватизации. Правда, в отличие от обычного "компромата" эта история оказалась доказуемой и привела к серьезной перетряске правительства, а позже Минкин выиграл дело в суде, на котором Чубайс пытался получить с него компенсацию за оскорбление чести и достоинства в размере 250 миллионов неденоминированных рублей. Газета "Сегодня" является единственным убыточным изданием группы (новые телевизионные проекты ТНТ, "НТВ+", "НТВ-Интернешнл" имеют многолетний цикл окупаемости). Вероятно, лучшим выходом для "Мост-Медиа" было бы закрытие издания, но в этом случае Владимир Гусинский лишился бы важного пропагандистского инструмента: репутация газеты "Сегодня" ничего не стоит и ею можно рисковать как угодно, чего не скажешь об НТВ, радио "Эхо Москвы" и даже журнале "Итоги". По-видимому, "Сегодня" необходима холдингу как поле для политического маневра и выброса компромата. К несчастью, несмотря на постоянные смены редактора (на момент подписания книги главным редактором газеты был либеральный журналист Михаил Бергер, экс-редактор отдела экономики из "Известий") и мощную рекламу на ТВ, Гусинскому не удается сделать газету ни массовой, ни коммерческой. Возможно, проблема в том, что он не может решиться сделать ее по-настоящему бульварной - такой, какой она была во время информационной войны после аукциона по "Связьинвесту". Примечания: 1 Плотникова Т. "Медиа-Мост" купил еврейскую "вечерку"//Русский телеграф. 06.05.98. 2 Владимир Гусинский овладел "Вечерней молитвой // Профиль. 2.06.1998. #20 (92). 3 Бюллетень "Масс-медиа" Национальной службы новостей, 23-29 ноября 1998 г. 4 Информационно-аналитический бюллетень "Новости СМИ" #1, 18-31 января 1999 г. 5 Подробнее об этом в приложении "Хроника одной информационной войны". 6 Доклад о критическом состоянии российских средств массовой информации. М, Союз журналистов России. Сентябрь 1997, стр. 48-49. Группа Лужкова как уникальная модель регионального холдинга В докладе Союза журналистов выделены два типа региональных систем СМИ в России: либеральная (независимая) и патерналистская (государственная). В качестве примеров таких моделей приводятся (соответственно) Санкт-Петербург, в котором печать переживает глубокий кризис, и Ульяновская область, где губернатор Юрий Горячев контролирует большую часть региональных изданий. Авторы доклада делают вывод, что патерналистская модель характерна для регионов с преобладанием у населения консервативно-традиционных ценностей. Кстати, именно эти регионы лидируют в обеспечении граждан газетами и журналами на душу населения.1 Если пользоваться терминологией авторов, то в Москве господствует смешанная либерально-патерналистская модель, в которой часть контролируемых крупными холдингами и независимых изданий соседствует с группой СМИ, финансируемых местной властью. Группа прессы, контролируемая Юрием Лужковым, формировалась без лишнего шума на протяжении последних пяти лет по мере того, как столичные городские издания обращались за финансированием в мэрию, где им никогда не отвечали отказом. В результате Лужкову, как и многим
главам администраций в российской глубинке, удалось добиться практически полного контроля за городской периодикой и частью центральных изданий. К примеру, московское правительство является одним из акционеров "Общей газеты" Егора Яковлева (другими акционерами издания в сентябре 1997 стали Гусинский, Каданников и, по некоторым данным, Национальный резервный банк) и ТВ-6 (на паях с "Логовазом" Березовского и ЛукОйлом). Со многими независимыми коммерческими изданиями мэрия поддерживает тесные отношения, оплачивая, например, публикацию документов столичных властей в "Московской правде" (контракт приносит газете около 10% от оборота) или содействуя привлечению инвестиций для газеты "Версия" концерна "Совершенно секретно" и "Московского комсомольца", запускающего региональные издания одно за другим. Последний проект, кстати, свидетельствует об изменении приоритетов Лужкова: новой задачей медиа-холдинга московского правительства и аффилированных компаний выход на новый - федеральный - уровень. Огромные финансовые ресурсы московской мэрии делают группу Лужкова одной из наиболее агрессивно развивающихся на общероссийском информационном рынке. Когда на работу на московский канал перешел Анатолий Лысенко, один из руководителей российской телерадиокомпании, безликий МТК и насыщенный рекламными программами канал "2х2" были преобразованы в телеканал "ТВ-Центр", который начал активную экспансию в регионы. Важным подспорьем в этом может стать спутниковый канал "Метеор-ТВ", перекупленный в свое время группой Лужкова у ВГТРК. На работу были привлечены именитые телеперсоналии и яркие журналисты, которых привлекала возможность под прикрытием московских властей занимать оппозиционную позицию в отношении федерального правительства. Так на канале возникла яркая информационно-аналитическая программа "На самом деле", одним из ведущих которой стал бывший заведующий отделом экономики в "НГ", а позже - заместитель главного редактора и идеолог газеты "Сегодня" Михаил Леонтьев. Мало-помалу "На самом деле" набирала вес и занимала достойное место среди информационно-аналитических программ несмотря на агрессивно-либеральную позицию ведущих в духе начала девяностых. В конце 1998 года Леонтьев был одним из самых яростных критиков Березовского. Однако безудержный либерализм журналиста явно не соответствовал политической линии канала. В результате по мере того как Леонтьев занимал все более непримиримую позицию по отношению к правительству, его отношение к Березовскому стало изменяться. В середине февраля 1999 года Леонтьев объявил о переходе на ОРТ с программой, которая стала теперь называться "Однако". Финансовым центром медиа-холдинга "Метрополис", объединяющего СМИ группы Лужкова, является компания "АФК-система". Холдинг возглавил в 1997 году после своей отставки из журнала "Огонек" бывший главный редактор еженедельника Лев Гущин. В холдинг вошли московское проводное радио и "М-радио", газеты "Литературная газета" и "Россiя" (Гущин прочил ей будущее всероссийского издания, но из-за кризиса выход газеты пришлось приостановить), а также группа изданий "Метро" - бесплатная ежедневная газета с субботним выпуском, созданная по аналогу высокоприбыльных скандинавских изданий, и ежемесячный журнал "Метро-экспресс".2 Возрождать "Литературную газету" в качестве главного редактора был назначен Николай Боднорук, ранее ответственный секретарь "Известий" и первый заместитель главного редактора "Общей газеты", а московское правительство получило свои 25% в газете, предоставив редакции в собственность помещение и земельный участок (в аренду). В начале августа 1998 года появились официальные сообщения о том, что "АФК-Система" получила контроль над одной из лучших московских типографий (издательско-полиграфический комбинат "Московская правда")3 и крупным рекламным агентством "Максима",4 что позволило наблюдателям говорить о том, что под эгидой Юрия Лужкова формируется по-настоящему мощная медиа-группа. Хотя обычно владельцы СМИ стремятся объяснять концентрацию соображениями коммерческого свойства, иногда проскальзывают и более откровенные высказывания. Например, возглавляющий медиа-холдинг "Метрополис" лужковской группы СМИ Лев Гущин не скрывает политических амбиций концерна: Мы имеем шанс создать первый в стране сбалансированный холдинг. Он рассчитан на более широкое влияние, чем медиа-холдинг "Моста". А других холдингов, простите, я не вижу. Холдинг ОНЭКСИМа все больше уходит в бизнес, воздействие на общественное мнение игнорируется. Газпром постоянно заявляет, что ему не до того. Березовский то ли поостыл, то ли время не то. Так что других я не вижу.5 Примечания: 1 Доклад о критическом состоянии российских средств массовой информации. М, Союз журналистов России. Сентрябрь 1997. стр. 20. 2 Шкарникова И., Лихина О. Литературную газету" купит холдинг Лужкова . А ее долги отработает желтая пресса. //Коммерсантъ-daily 7.04.1998. 3 Пестерева О. Вся Россия будет печататься у Лужкова //Коммерсант-Daily" 06.08.98. 4 Пестерева О. Лужковский медиа-холдинг растет //Коммерсант-Daily" 12.08.98. 5 там же. ЛукОйл и ОНЭКСИМбанк Доминирование информационных технологий в российской политической системе, столь ярко проявившееся в ходе президентских выборов 1996 года, не могло не оказать влияния на тех бизнесменов и политиков, которые еще не располагали собственностью в сфере масс-медиа в период избирательной кампании. Результатом стала волна поглощений и концентрации в сфере массовой информации. История с захватом "Известий" стала символичной в этом плане. В ней приняли участие двое из наиболее активных игроков на рынке печати - нефтяная компания ЛукОйл и ОНЭКСИМбанк. После президентских выборов "Известия" оставались флагманом "демократических СМИ", которому удалось сохранить относительную (с бесконечными оговорками) независимость редакционной политики и респектабельность с достаточно стабильным положением на рынке. Череда коммерческих провалов (вроде газеты "Неделя") сделала финансовое положение издательской группы довольно шатким, и журналисты начали присматривать себе инвестора. После длительных переговоров редакция договорилась с корпорацией ЛукОйл, которая должна была инвестировать сорок миллионов долларов в проект создания региональных издательских центров, получив в обмен на это около 20% акций газеты. Остальные акции оставались в руках у журналистского коллектива газеты, ее дочерних предприятий и компании "Тройка-диалог" (около 15%). 1 апреля 1997 года в "Известиях" появилась перепечатка статьи из газеты "Монд", в которой утверждалось, что капитал премьер-министра Виктора Черномырдина составляет порядка пяти миллиардов долларов. Публикация спровоцировала скандал. Черномырдин отшутился, мол, были бы у меня такие деньги, я бы не работал, а расслаблялся, но пожаловался президенту компании ЛукОйл Вагиту Алекперову на журналистов (тридцатью пятью процентами акций этой нефтяной компании владеет государство). Алекперов публично пожурил журналистов за публикацию непроверенной информации. В газете замечание инвестора восприняли как "наезд" на "четвертую власть". Начиная с 15 апреля и каждый день "Известия" один за другим публиковали "расследовательские" материалы, в которых поливали грязью Черномырдина, ЛукОйл и всех, кто с ними связан. Серию открыла статья Сергея Агафонова "Схема управдома или о том, как в России возрождается политическая цензура"1, за которой последовали другие первополосные материалы. Об их содержании можно судить по заголовкам: "Нефтяные игры / их правила в России диктует аппарат"2, "Кошка против того, чтобы ей повесили на шею колокольчик / зачем премьер бросился защищать естественные монополии, назвав их "становым хребтом экономики"3, "Наступление на свободу прессы - это наступление на демократию " (коллективное письмо общественных деятелей) или "ЛукОйлу хочется влиять"4. Как утверждается в редакционной статье "Бизнес и пресса"5, после скупки акций "Известий" у других инвесторов ЛукОйлу удалось собрать 41%, что позволило Вагиту Алекперову на встрече с Игорем Голембиовским (уже после всех вышеозначенных публикаций) занять жесткую позицию и предложить главному редактору газеты должность председателя совета директоров акционерного общества, но при условии, что новые президент АО и главный редактор будут назначены по рекомендации ЛукОйла. В статье говорится, что именно публикация заметки о капиталах премьера заставила ЛукОйл изменить прежним договоренностям о невмешательстве в редакционную политику издания. 22 апреля в "Независимой газете" было опубликовано несколько материалов по поводу событий в "Известиях" и в "Комсомольской правде" (где происходили похожие события с участием ОНЭКСИМбанка, но обошлось без крупного скандала), которые дают различные оценки происходящему. Все материалы - коллективное письмо главных редакторов к президенту России с просьбой вмешаться в ситуацию с "Известиями", интервью с начальником управления по связям с государственными органами, общественностью и средствами массовой информации ЛукОйла Александром Василенко и статья Евгении Альбац "О праве на выбор"6 - опубликованы на одной странице газеты и представляют три совершенно различных подхода к одной проблеме. В коллективном письме главных редакторов газет использовано многое из подзабытой уже риторики первых лет демократии в России - и все ради того, чтобы убедить главу государства повлиять на ЛукОйл, тридцать процентов акций которого принадлежит государству. Представитель ЛукОйла, напротив, отрицал существование каких бы то ни было попыток инвестора вмешиваться в содержание публикаций газеты, упрекая "Известия" в нагнетании истерии и публикации ежедневных пасквилей против ЛукОйла. Независимый журналист Евгения Альбац рассматривала проблемы "Известий" и "Комсомольской правды" не как активный участник событий, а как бы со стороны. Она писала о том, что, во-первых, "Известия" действительно опубликовали неверную информацию, вместо того чтобы провести расследование. Перепечатка из "Монд" оказалась перепечаткой из "Политик этранж", которая в свою очередь воспроизводила информацию, озвученную одним из руководителей американских спецслужб на открытых слушаниях в конгрессе США (отчет о них позже появится в газете). Несмотря на волну компромата на ЛукОйл, газете так и не удастся доказать, что у Черномырдина действительно есть 5 миллиардов долларов. Безусловно, мы имеем дело с грубейшей ошибкой редакции, ответственность за которую кто-то должен был понести.7 Во-вторых, желая спасти лицо, газета пошла на конфронтацию с инвестором вместо того, чтобы опубликовать опровержение, которое прозвучало из уст председателя совета директоров акционерного общества в интервью журналу "Эксперт", но в газете так и не появилось. В-третьих, по мнению Альбац, это отдельный вопрос, имеет ли президент право вмешиваться в подобный конфликт на стороне журналистов, а если вмешается - то чего будут стоить тогда слова о "независимости" прессы? В следующем номере газеты Виталий Третьяков опубликовал статью под заголовком "Письмо не Б.Н.Ельцину". "Известия" являются не независимой газетой, писал Третьяков, а партийной газетой гайдаро-чубайсовского направления, а потому потеря независимости издания будет означать не столько ослабление прессы в России, сколько ослабление медиа-прикрытия одной из политических группировок. В письме Третьякова было много жестокой иронии - ведь ему уже приходилось переживать то, через что проходила в то время редакция "Известий". Любопытно, что в случае с "НГ" ни корпоративная солидарность журналистов и ни письма общественных деятелей так и не появились, а отношение коллег из тех же "Известий" к проблемам "НГ" было брезгливо-снисходительным: одно дело "Независимая газета", и совсем другое - "четвертая власть"! Глава государства не стал вмешиваться в конфликт журналистов с инвесторами, и руководство "Известий" решило прибегнуть к помощи ОНЭКСИМбанка, чтобы блокировать попытки ЛукОйла получить контроль над изданием. В результате в рекордные сроки ОНЭКСИМбанк скупил контрольный пакет акций газеты. Поскольку делалось это с согласия главного редактора и части журналистского коллектива издания, пятьдесят с небольшим процентов акций газеты обошлись банку гораздо дешевле, чем значительно меньший пакет акций - ЛукОйлу. Как и в истории с "НГ", развязка происходила с участием вооруженной охраны. Однако в итоге единственным из журналистов, кто по-настоящему выиграл от всех этих пертурбаций, стал американский корреспондент газеты "Известия" Владимир Надеин, порвавший контракт на покупку своих 0,64% акций газеты с ЛукОйлом и продавший их ОНЭКСИМбанку за сумму в два раза больше. Его заработок на этой сделке, по сообщению различных изданий, составил от полумиллиона до миллиона долларов США. Кто знает, быть может, сегодня он богаче, чем Виктор Черномырдин. Формально конфликт закончился примирением: между инвесторами и редакцией было заключено соглашение, которое должно было гарантировать творческий коллектив газеты от ежедневного вмешательства извне. Однако вскоре Игорь Голембиовский вместе с частью трудового коллектива издания основал новую ежедневную газету в цвете "Новые Известия", дизайн которой разрабатывался с использованием формулы "USA Today". Все источники сообщают, что новое издание финансирует Борис Березовский. Единственным, кто продолжает это отрицать, остается сам Игорь Голембиовский. "Комсомольская правда" была еще одним блицкригом ОНЭКСИМбанка, который смог купить 20% акций газеты, до того предназначавшихся Газпрому, на протяжении нескольких лет финансировавшему выпуск экономического приложения к газете "Деловой вторник". Возможно, столкновение с Березовским в случае с "НГ" стало хорошим уроком для руководства компании, которая в случае с "Известиями" и "КП" действовала в стиле бури и натиска. Альянс с "Комсомольской правдой", главным редактором которой был назначен руководитель издательской группы "КП"-"Сегодня" Владимир Сунгоркин, в одночасье сделал ОНЭКСИМбанк одним из наиболее влиятельных владельцев масс-медиа. Дело в том, что помимо самой "Комсомольской правды", тираж которой на конец 1997 года составлял в будние дни 2 миллиона, а по субботам - 3,6 миллиона экземпляров, ОНЭКСИМбанк вошел в бизнес издательской группы, которая контролирует несколько десятков региональных издательских центров и газет, а также еще два общероссийских еженедельника: бульварную "ЭКСПРЕСС-газету" и телееженедельник "Антенна". Огромное политическое влияние досталось ОНЭКСИМбанку без потерь: ни одно из предприятий группы "КП"-"Сегодня" не было убыточным, а напротив, группа приносила прибыль и стабильно развивалась на основе мощнейшей региональной базы. Правда, после кризиса ситуация могла измениться - известно, что тираж "Комсомольской правды", проверенный аудиторами, в конце 1998 года составил около 700 тысяч экземпляров по будням и около трех миллионов по субботам. Кроме акций "Известий" и "Комсомольской правды", ОНЭКСИМбанк владеет пакетом акций самоокупающегося экономического еженедельника "Эксперт". Недавно группа приобрела пакет акций радиосети "Европа+", хотя впоследствии было объявлено о том, что радиостанция не войдет в общий медиа-холдинг "Проф-медиа", сформированный в начале 1998 года из медиа-собственности ОНЭКСИМбанка8. Победа банка в альянсе с Соросом на аукционе за "Связьинвест" моментально сделала его одним из лидеров рынка электронных коммуникаций и поспособствовала тому, что он занял выгодную позицию для участия в информационных проектах будущего. Однако, как и все "молодые" политизированные инвесторы, ОНЭКСИМбанк не избежал искушения заполучить собственную газету влияния. Первый, сигнальный номер газеты "Русский телеграф" вышел 9 сентября 1997 года. Второй - 18-го. Главным редактором газеты стал выходец из "Коммерсанта" Леонид Злотин. Из "золотых перьев" газета собрала Максима Соколова и Александра Тимофеевского, пришедших также из "Коммерсанта" (первый ведет в газете политику, второй - культуру). Из 12 полос газеты 7-8 были отведены деловой информации. Остальные полосы готовились выходцами из газеты "Сегодня" и других московских изданий. Так же как и первенец Гусинского газета "Сегодня" (образца 1993 года), "Русский телеграф" выполнял роль "газеты влияния" и должен был конкурировать с газетой "Коммерсантъ" и отчасти "Независимой газетой". В успешной реализации этой концепции сомневаться не приходилось - ведь газета делалась силами той же команды журналистов, что и первые номера газеты "Сегодня", а до этого - первые номера "Независимой газеты". И "НГ", и "Сегодня" начинали с концепции "респектабельной толстой газеты", мечты восьмидесятников-либералов. В результате среди московской интеллигенции становится модным убеждение, что в России всегда была (и есть) только одна хорошая газета - у которой раз в два года меняются спонсоры и логотип. Правда, каждый раз с подозрительным постоянством эти респектабельные издания не могут найти удачную с коммерческой точки зрения формулу, которая бы уменьшила их зависимость от инвесторов в пользу читателя и рекламодателя. В сентябре 1998 года газета была закрыта, а ее редакция слита с "Известиями" под руководством бывшего заместителя председателя ОНЭКСИМбанка Михаила Кожокина. Пока ничего хорошего из этого не вышло: окончательно лишившись демократического пафоса, "Известия" не получили в наследство и респектабельности "Русского телеграфа". Газета стала беззубой и скучной. Учитывая дефолт ОНЭКСИМбанка по еврооблигациям, можно попробовать предположить, что ждет газету и всю группу масс-медиа в будущем. Вряд ли банк решит расстаться со своими изданиями - скорее они станут агрессивно коммерческими. Как знак нашей правоты можно рассматривать переход "Комсомольской правды" в формат таблоида. В отличие от ОНЭКСИМбанка, ЛукОйл стремится к расширению своего влияния через участие в телевизионных проектах. Ren-ТВ была создана в 1991 году как частная продюсерская компания, обеспечивающая программами "Останкино". Компания получила известность как производитель высококачественных культурных программ для ОРТ и НТВ. Однако, не имея собственной сети, она сохраняла зависимость от общенациональных каналов и сетей. В 1996 году ей удалось приобрести 49-й дециметровый канал в Москве. Ren-ТВ и НВС предложили друг другу то, в чем каждый из них остро нуждался. НВС получила головную станцию в Москве и исключительные права на пользующиеся популярностью программы Ren-ТВ. Она также стала координировать свою программную сетку и осуществлять передачу программ по спутнику. Ren-ТВ получила выход на сеть региональных станций, что дает ей возможность конкурировать с национальными каналами на всех крупных рынках России. Она также получила кредит в размере 20 миллионов долларов от Банка Москвы. Ren-ТВ /НВС насчитывает 50 миллионов зрителей в СНГ. Станции-участницы имеют возможность показывать свои часовые и полуторачасовые программы в прайм-тайм благодаря окнам в программной сетке. Во время показа сетевых программ станции имеют право на размещение своей рекламы из расчета четыре минуты на каждый час вещания. REN-ТВ /НВС хотела установить плату за свои программы, начиная с 1997 года, но пока не предпринимала таких попыток, и возможно, учитывая конкуренцию между сетями, не сможет брать плату за свои программы еще в течение какого-то времени.9 Создание телесети потребовало инвестиций. Банк Москвы, финансировавший запуск телекомпании, судя по всему, был разочарован в канале, который не смог добиться успеха несмотря на обильное финансирование. Или, возможно, московским финансистам удалось договориться с нефтяниками. Так или иначе, но расходы по трансформации Ren-ТВ в общенациональную сеть взял на себя ЛукОйл. Кроме того, в последнее время стало известно о том, что бизнесмен Сергей Лисовский продал ЛукОйлу часть акций 31 канала (единственного телеканала в столице, на котором рекламируются магические услуги бюро "Инферналь" и благосклонно относятся к Жириновскому),10 однако подробности об этой сделке так и не просочились в печать. ЛукОйлу также принадлежит часть акций канала ТВ-6. Примечания: 1 Агафонов С. //Известия. 15.04.1991. #70. 2 Яков В. //Известия// 16.04.1991. #71. 3 Латынина Ю. // Известия. 17.041991. #72. 4 Известия. 16.04.1991. #73. 5 Известия. 17.04.1991. #72. 6 Письмо президенту России Б.Н.Ельцину // НГ. 22.04.97. За подписями: Ю.Белявский, (Культура), В.Богданов (Союз журналистов России), П.Гутионов (Комитет по защите свободы слова и прав журналистов), Л.Гущин (Огонек), А.Колодный (Век), А.Лисин (Вечерняя Москва), В.Лошак (Московские новости), Ш.Муладжанов (Московская правда), А.Потапов (Труд), А.Пумпянский (Новое время), В.Старков (Аргументы и факты), В.Третьяков (Независимая газета), А.Удальцов (Литературная газета), Е.Яковлев (Общая газета), Ю.Якунин (Экономика и жизнь) Прозоров И. Представитель "ЛукОйла" отказывается от роли цензора. Обладатель контрольного пакета акций "Известий" хочет видеть во главе газеты выходца из творческого коллектива. // НГ. 22.04.97. Альбац Е. О праве на выбор. Скандал вокруг "Известий" и "Комсомольской правды" на фоне американского опыта // НГ. 22.04.97. 7 От себя добавлю, что здесь не одна ошибка, а две. Дело в том, что Черномырдин действительно мог заработать такие деньги в том случае, если бы месяц спустя не был расторгнут трастовый договор государства с Газпромом, по которому тридцать пять процентов акций компании могли быть скуплены руководством концерна по бросовой цене. Однако журналисты газеты так и не провели достойного расследования и потому не смогли выиграть борьбу за общественное мнение. 8 Следующим этапом реформы ОНЭКСИМбанка стала передача управленческих функций финансово-промышленной группе "Интеррос", созданной на базе банка, которую возглавил Владимир Потанин. Поскольку в данной работе рассматриваются события до формирования группы, то используется прежнее название организации. 9 Сигал А. Обзор российского телевидения. Подготовлен по заказу агентства международного развития CША при содействии агентства "Интерньюз". Апрель 1997. Доступно в сети Интернет по адресу http://www.internews.ras.ru/report/tvrus/tv_bib.html 10 Телевидение на мыло: медиа-империи вступили в битву за регионального телезрителя // Эксперт. 20.04.1998. #15. Коммерческие СМИ Из коммерческих СМИ прежде всего следует отметить группу Владимира Яковлева (которая развивалась отчасти благодаря кредитам банка "Столичный") - издательский дом "Коммерсантъ". Газета "Коммерсантъ" (в прошлом - "Коммерсантъ-Daily", общественно-политический еженедельник "Власть" (бывший "Коммерсантъ-Weekly"), экономический еженедельник "Деньги", еженедельная газета "Иностранец", ежемесячные журналы "Домовой", "Автопилот", а также журнал "Столица", появившийся в декабре 1998 года снова, после пятой за свою историю смены редакции. Суть стратегии Яковлева - нацеленность на преуспевающего читателя, пресловутого "нового русского", сумевшего адаптироваться к существующим экономическим условиям. В основе успеха группы Яковлева - удачно и вовремя найденный контакт с новой социальной группой (предпринимателями), которая и является аудиторией его изданий. Карьера Яковлева началась с кооператива "Факт", лоббировавшего интересы кооператоров в советской системе. Первым его изданием стал еженедельник "Коммерсантъ", организованный им по инициативе Артема Тарасова, который выходил с 1990 года (формально газета рекламировалась как возобновление выпуска дореволюционного издания, выходившего с 1910 года). В 1992 году вместо одной газеты появилось два издания: газета "Коммерсантъ-Daily" и экономический еженедельник "Коммерсантъ-weekly". Позже один за другим были запущены другие проекты издательского дома. Вообще в новой российской журналистике есть только три явно выделяющихся "школы": это журналистика мнений (школа "НГ"), журналистика фактов (школа "Коммерсанта") и, если так можно выразиться, школа "МК", которую можно определить как усовершенствованный вариант традиционной массовой журналистики. Издательский дом "Коммерсантъ" по сути дела создавался с чистого листа. Известно, что в начале девяностых журналистов в издания набирали "с улицы". Проблема была не столько в отсутствии свободных журналистов в столице, сколько в том, что руководство издательского дома не устраивали профессиональные навыки советских журналистов. Смысл затеи сводился к тому, чтобы организовать на базе издательского дома принципиально новую школу журналистики. В качестве образца декларировалась английская модель, для которой характерно жесткое разделение фактов и комментариев. Информационная составляющая была поставлена во главу угла, и именно это в конечном счете обеспечило успех изданий группы, ориентированных на новый социальный слой предпринимателей, которым информация жизненно необходима, так как они вынуждены принимать решения самостоятельно. Кроме того, важной составляющей успеха было стремление руководителей концерна искать нестандартные ходы для продвижения изданий на рынке. В середине 1997 года Яковлевым была проведена крупнейшая рекламная акция в истории российских СМИ. Вдоль дорог в столице и региональных центрах на рекламных щитах были размещены провокационные вопросы, под которыми не стояло никакой подписи: "Где жена?", "Сколько можно?", "Как с деньгами?" и "Кто здесь хозяин?". Последний вопрос вызвал в провинции серию предсказуемых скандалов, а в ряде городов местные власти купились на провокацию и демонтировали рекламу. Несколько месяцев вопрос о том, кто повесил эти щиты и с какой целью, оставался загадкой, вплоть до того, что по городу ходили слухи о лихих бандитах, решивших пошалить. Неопределенность сохранялась до того момента, пока на тех же щитах не появилась реклама изданий "Коммерсанта". Жена читает "Домовой", С "Деньгами" все в порядке, а в остальном - "Все в нашей "Власти" (новое название "Коммерсанта-weekly"). Примерно в это же время была проведена реструктуризация группы, в результате которой была сформирована единая редакция издательского дома на месте разделенных ранее редакций отдельных изданий. Таким образом, журналисты были реорганизованы по тематическим отделам и получили возможности публикации во всех изданиях группы. После кризиса на улицах Москвы появились рекламные стенды с лаконичным "Прорвемся" за подписью "Коммерсанта". В июне 1998 года, незадолго до кризиса, Яковлев в интервью собственной газете объявил о планах продажи крупного пакета акций издательского дома. Важнейшей задачей руководства концерна стало распыление акций издательского дома, чтобы не допустить превращения группы в инструмент влияния: если бы кто-то купил контрольный пакет акций "Коммерсанта" исключительно из-за влиятельности газеты, можно почти наверняка сказать, что газета эту влиятельность потеряет... Я, кстати, думаю, что большинству наших потенциальных партнеров эта мысль вполне близка. Именно поэтому - для того, чтобы подобного не произошло - мы приняли решение сделать состав будущих акционеров "Коммерсанта" максимально дисперсным. Только так можно сохранить и зафиксировать то, что делает "Коммерсантъ" "Коммерсантом" - реальную независимость и равноудаленность от всех центров силы.1 До сих пор неизвестно, вышло ли что-нибудь из этой затеи. Однако известно, что в свое время издательский дом связывали довольно тесные отношения с банком "Столичный" (будущий СБС-Агро). В журналистской среде ходят слухи о том, что издательский дом получал льготные кредиты и от других структур. Тем не менее (факт остается фактом) издания "Коммерсанта" сегодня лидируют в этической конкуренции на российском рынке качественных средств массовой информации. Другая группа прессы возникла вокруг еженедельника "Аргументы и факты". Газета была символом "золотого века" российской прессы (разумеется, "демократической"), когда под руководством Владислава Старкова ее тираж перевалил за тридцать три миллиона экземпляров. Вот как выглядит история издания, изложенная на официальном сайте газеты в сети Интернет: В 1978 году Всероссийское Общество "3нание" в помощь лекторам-пропагандистам стало издавать методическое пособие, содержащее некоторую информацию, статистические данные и другие цифры, которые в официальной прессе найти было трудно. <...> В 1980 году "АиФ" стал выходить в виде еженедельной газеты. В розницу тогда газета не продавалась, подписка на еженедельник также была весьма ограничена - за ним долго сохранялась функция полузакрытого издания в помощь политинформаторам. Все материалы, конечно, строго отбирались и подвергались жесткой цензуре. После 1985 года, с началом перестройки, появилась надежда, что положение будет меняться. Но главный редактор и журналисты "АиФ" опередили свое время, начав работать по принципам гласности. В результате конфликт с ЦК КПСС и лично с Михаилом Горбачевым по поводу увольнения главного редактора "АиФ" Владислава Старкова. Впервые в истории прессы коллектив редакции не подчинился вышестоящему идеологическому органу, встал на защиту своего редактора, что явилось предвестником краха тоталитарного режима. А через год, в 1990 году, еженедельник "Аргументы и факты" был внесен в книгу рекордов Гиннеса как самое тиражное издание в мире.2 Газета "по долгу службы" отвечала на самые каверзные вопросы, которые партийцам задавал простой народ. Жанр простого и ясного ответа на сложные вопросы, возможно, и был на то время самым эффективным каналом обратной связи с читателем. Сегодня в группу "АиФ" входят газеты в формате таблоида с различной периодичностью ''Интерфакс-АиФ'', "Здоровье'', ''Дочки-матери'', ''Я молодой'', ''Любовь'', ''На даче'', ''Семейный совет'', "Разбор", а также детские издания ''Детская энциклопедия'', ''Колобок и два жирафа'' и др. В крупных городах (в том числе в столице) выходит 35 региональных приложений к "Аиф", которые обеспечивают стабильный спрос на еженедельник в провинции. За девяностые тираж газеты сильно упал, стабилизировавшись на уровне трех миллионов экземпляров (примерно такой же, как у пятничного выпуска "Комсомольской правды"). Это, возможно, единственное массовое издание в России, которое отличатся высоким качеством, достоверностью информации и независимостью редакционной политики издания. Необходимо упомянуть еще издательский дом "Экономическая газета" Юрия Якутина - крупную группу, никак не запятнавшую себя участием в российской политике. Помимо лидирующего на российском рынке экономического еженедельника "Экономика и жизнь" в нее входят "Финансовая газета", "Экономическая газета", "Промышленно-экономическая газета", журнал "Журналист" и обширная группа региональных газет и журналов, всего 39 изданий. Лидирующая массовая газета столичного рынка печати, "Московский комсомолец" выделяется тем, что ее редакции удается сочетать политическое влияние и расчет на самую широкую аудиторию. Отчасти влиятельность газеты достигается публикацией компромата и сенсаций. Для этих целей "МК" подходит больше, чем любая другая по двум причинам - во первых, она выходит в Москве огромным тиражом, а во-вторых, никогда нельзя сказать заранее, в чьих интересах будет действовать газета на этот раз. Именно в "МК" за подписью Александра Хинштейна была опубликована, к примеру, расшифровка записи разговора Анатолия Чубайса, Виктора Илюхина и некоего третьего лица во время скандала с задержанием Сергея Лисовского и Аркадия Евстафьева на проходной Белого дома с полумиллионом долларов "черного нала". Эта публикация открыла новый жанр компромата - подслушанные телефонные разговоры, - который затем широко использовался в ходе противостояния Березовского, Гусинского и Потанина. Любопытно, что в январе 1999 года именно обличительная статья Хинштейна в "МК" стала основанием для возбуждения уголовного дела против охранного предприятия Березовского "Атолл" по обвинению в незаконном прослушивании телефонных разговоров семьи президента. Одной из особенностей "МК" является участие практически в каждой информационной кампании на той или другой стороне. То, что редакция отдает предпочтение городским властям и интересам Лужкова, порой создает ощущение ангажированности газеты. По всей видимости, это так: московское правительство или близкие ему экономические структуры финансируют региональную экспансию "МК". Всем известно, что "МК" является самостоятельным и высокоприбыльным изданием, вокруг которого сложилась уже влиятельная группа СМИ, причем контрольный пакет издания принадлежит главному редактору "МК" Павлу Гусеву. В частности, в группу "МК" входят санкт-петербургская газета "Час пик", еженедельник "МК-бульвар" (49 процентов акций которого принадлежит банку "Московский"), ежемесячный журнал "Деловые люди", а также сеть региональных еженедельников газеты (например, "МК-Нижний Новгород"). По словам Павла Гусева, выступавшего на конференции по проблемам современных масс-медиа на факультете журналистики МГУ в феврале 1999 года, самым большим сюрпризом для него стало то, что региональные издания газеты быстро вышли на самоокупаемость и уже начинают приносить прибыль. На это, судя по всему, никто не рассчитывал. Газета "Совершенно секретно", которая в паре с "МК" представляет собой российскую реинкарнацию "разгребателей грязи", является опорой другой группы прессы, издательского дома "Совершенно секретно", который, по словам его президента Артема Боровика, является независимым частным предприятием на 100%. Помимо выходящей ежемесячно газеты "Совершенно секретно" группа издает журнал "Лица" и производит телепередачу "Совершенно секретно" на российском телеканале. Последний проект, запущенный группой "Совершенно секретно", - еженедельная газета "Версия", по слухам, финансируется Юрием Лужковым по сложной схеме, через какие-то американские каналы. Особый случай - холдинг "Московские новости", сформировавшийся вокруг еженедельника, который в советские времена издавался на многих языках мира, а в ходе перестройки под руководством Егора Яковлева стал одним из наиболее популярных среди интеллигенции изданий. Сегодня еженедельник издается на русском и английском языках, а кроме него редакция "МН" выступает в качестве издателя ежедневной газеты "Время". 20 мая 1998 года вышел первый номер этого издания тиражом 55 тысяч экземпляров. В июне 1998 года газета выходила три раза в неделю. В политических кругах поговаривают о том, что еженедельник "Московские новости" финансируется Владимиром Гусинским, а деньги на новую ежедневную газету выделил Центральный банк, когда его председателем был Сергей Дубинин (через Сбербанк и ряд других крупных финансовых учреждений). Однако эта информация тоже остается на уровне слухов. Независимые группы СМИ встречаются и в провинции. Например, в Нижнем Новгороде во время правления либерального губернатора Бориса Немцова сформировалось несколько холдингов. Один из них включает в себя телеканалы "Волга" и "Стрежень". Другой холдинг сложился вокруг нижегородского еженедельника "Биржа". Помимо основного издания выходят еженедельные газеты "Биржа плюс Авто", "Биржа плюс Карьера" и "Биржа плюс свой Дом". В структуру холдинга также входит информационно-рекламное агентство "Биржа плюс". Перечислить все группы независимых СМИ гораздо сложнее, чем обозначить структуру крупных холдингов. Это задача отдельного исследования. Однако, чтобы дополнить картину, следует назвать еще несколько очагов концентрации коммерческой прессы. Например, московская группа "Мегаполис", основным изданием которой является "Мегаполис-экспресс" (тираж в 1997 году превышал 400 тысяч экземпляров) и газета "Последние новости". Газеты группы, как правило, не занимаются освещением политической жизни страны, если только речь не идет о скандалах. "Мегаполис-экспресс" и "Последние новости" уверенно держатся в группе лидеров среди бульварных изданий. В данном исследовании мы мало говорили о чисто коммерческих СМИ, в особенности таблоидах, журналах и так далее. Между тем, этот рынок достаточно широк. Его становление происходило параллельно с политизированными СМИ и продолжается по сей день. Массовую прессу отличают стабильные тиражи. Правда, их нельзя сравнивать с западными бульварными изданиями, но по сравнению с другой российской периодикой 200-400 тысяч представляется солидной цифрой. Неплохим примером такой группы прессы можно назвать издательский дом "Виктор Шварц и Ко", выпускающий газеты "Частная жизнь", "Тайная власть", "Очная ставка" и т.д. В России существуют и межрегиональные издательские холдинги такого типа. Правда, пока я знаю только об одном из них - это холдинг с центром в Ульяновске, сложившийся вокруг газеты "Симбирские губернские ведомости". Несколько лет назад в Нижнем Новгороде были запущены "Нижегородские губернские ведомости", а в 1997 году - "Московские губернские ведомости". Отличительной особенностью изданий этого холдинга является то, что все газеты используют форматы и стили экстремально бульварной журналистики. Говоря о независимых СМИ в России, нельзя не отметить, что по-прежнему остаются издания, лозунгом которых является девиз "НГ" до 1995 года - "Независимость - наш главный капитал". Однако круг их все сужается, новые проекты они не запускают, что позволяет коллегам за глаза считать их маргиналами. К таким изданиям относится журнал "Новое время", представители которого все время подчеркивают независимость издания3. Не все независимые СМИ формируют очаги концентрации. О некоторых из "одиночек" часто говорят, что их финансирует та или иная финансовая группа, но в большинстве случаев эти сведения не получают подтверждений - во всяком случае, на уровне редакционной политики, что позволяет формально отнести их к независимым коммерческим изданиям. Это относится, например, к "Новой газете", основанной редакцией закрывшейся в 1995 году "Новой ежедневной газеты". К независимым СМИ можно отнести и пресс-синдикат "Глобус", который на протяжении многих лет сохраняет статус многообещающего проекта (и финансируется за счет западных грантов). Консорциум занимается распространением журналистских материалов в региональных газетах. В 54 российских регионах у "Глобуса" насчитывается 103 издания-подписчика.4 Возможности консорциума на первый взгляд безграничны, что не устает признавать и его основатель Виктор Давыдов. В стране с такой обширной региональной печатью качественная журналистика должна быть синдицирована, как это происходит, например, в США, где лучшие обозреватели крупных газет одновременно публикуются в полтысяче изданий. Тем не менее пресс-синдикат постоянно несет убытки. Неспособность консорциума развиваться является для загадкой. Возможно, всему виной отсутствие амбициозного и грамотного менеджмента, без которого невозможно начать ни одно масштабное предприятие в сфере масс-медиа, да и во всех остальных. А может быть, сказывается неспособность предприятия идти на крупные альянсы и наличие постоянной подпитки для стагнирующего пресс-синдиката - интоксикация грантами. Как бы там ни было, эта ниша на "внутреннем" рынке СМИ остается вызывающе пустой. Потребность региональных изданий в столичных перьях пока покрывается за счет сотрудничества местных газет с центральными изданиями напрямую, то есть перепечаткой нескольких полос. По этому пути региональной экспансии продвигаются многие СМИ, лишенные оборотного капитала для создания собственных региональных выпусков, например "Новая газета" и "Общая газета". Продолжая наш анализ по источникам происхождения капитала, мы должны отметить, что все вышеперечисленные коммерческие СМИ (за исключением группы "Коммерсантъ" на начальном этапе) финансировались за счет российского капитала. Российскому читателю этот факт может показаться тривиальным, но это не так. В Восточной Европе иностранный капитал стал одним из важнейших источников инвестиций для средств массовой информации, да и в России в начале девяностых журналисты - кто с надеждой, кто с трепетом - ожидали бурной экспансии западного капитала. Однако глобальные информационные корпорации оказались не готовы к условиям дикого российского капитализма. Примечания: 1 Мы предпочтем партнеров, которые разделяют наши взгляды // Коммерсантъ. 23.06.1998 2 http://www.aif.ru/win/frames/history.html 3 См. приложение к "Досье на цензуру" #1 за 1998 год, в котором опубликованы выдержки из стенограммы круглого стола "Журналистика: ответственность общественной профессии". 4 Эту и другую информацию презентационного характера о пресс-синдикате "Глобус" можно найти в Интернете по адресу http://www.internews.ru/globe/info/globus_info.html Иностранный капитал в российских СМИ Тема участия иностранных компаний в масс-медиа второй республики - это история того, как российскому капиталу удалось, вопреки ожиданиям, сохранить практически полный контроль за российской прессой. И даже те скромные завоевания, которые удалось произвести иностранцам на рынке российской прессы, постепенно перешли под контроль отечественных инвесторов. Опасения по поводу последствий прихода иностранного капитала нигде не были столь острыми, как в случае с прессой. Отчасти эти страхи сохраняются до сих пор. Однако до сих пор ни одной зарубежной компании не удалось занять сильной позиции в российской информационной системе. Складывается впечатление, что успех предприятия целиком зависел от того, кто стоит у его истоков, причем зависимость от величины капитала была обратной: чем мощнее зарубежный инвестор, тем меньше у него шансов на успех. И напротив, чем скромнее стартовая позиция и начальный капитал, тем поразительней результаты -рынок прессы дает примеры замечательных историй успеха иностранных предпринимателей, вполне подходящих для страниц глянцевых журналов, где по-прежнему культивируют "американскую мечту". "Отец" CNN Тэд Тернер в начале 90х участвовал в многообещающем проекте создания телеканала ТВ-6, о чем он потом долго жалел. Его партнером был Эдуард Сагалаев, до этого сделавший впечатляющую карьеру на первом телеканале советского телевидения. Российское законодательство запрещает иностранным гражданам или компаниям выступать учредителями российских СМИ. Однако этот запрет не идет дальше учредительства, так что юридически ничто не мешает иностранцам владеть и распоряжаться СМИ. Сагалаеву, тем не менее, удалось убедить Тернера в том, что это невозможно, и было решено вместо оформления прав на канал на первых порах ограничиться джентльменским соглашением сторон. Проект ТВ-6 был обречен на успех изначально, потому что цифра в его названии отражала общее количество телевизионных каналов в Москве (с ТВ-6 включительно) - уровень конкуренции был невысок. Однако решающую роль в становлении канала сыграло предоставление Тернером Сагалаеву прав на показ фильмов из фильмотеки Turner Broadcasting Corporation, которые сделали каналу репутацию "кинобудки" и способствовали возникновению зрительского интереса к новому каналу, вещавшему в дециметровом диапазоне. Изголодавшиеся по кино зрители порой специально покупали дециметровые антенны для того, чтобы смотреть ТВ-6. Эдуард Сагалаев пошел на конфликт с Тернером, потребовав от него увеличения финансирования. В ответ на это Тернер выдвинул свое требование - передать ему контрольный пакет ТВ-6, пригрозив отнять права на пользование фильмотекой. В телеинтервью Сагалаев рассказывал об их решающей личной встрече: когда он сказал, что отныне считает соглашение утратившим силу, жена Тернера Джейн Фонда доставала кока-колу из холодильника и по ее лицу он понял, что эта бутылка может угодить ему в физиономию. Резвый старт сделал проект привлекательным для российских инвесторов. В результате Сагалаев получил четверть акций канала - другие 75% были распределены между правительством Москвы, ЛукОйлом и Березовским. Проект создания кабельного телевидения "Метеор-ТВ" ВГТРК конкурировал прежде всего со спутниковым телевидением "НТВ-плюс". В его создании принимали участие братья Максвеллы, сыновья таинственно погибшего медиа-магната, вынужденные после смерти отца отвечать за нецелевое использование пенсионных фондов компании. Дети Роберта Максвелла не были такими серьезными игроками, как Тернер или Мердок. Они не представляли никакой корпорации - только их фамилия принадлежала к истории большого бизнеса в области масс-медиа. Тем не менее им удалось получить 25 процентов акций создаваемой компании и статус консультантов проекта по привлечению инвестиций. Максвеллы также получили опцион на увеличение своего пакета за счет российской стороны в обмен на гарантии финансовых вливаний. "Метеор-ТВ" был первым российским кабельным проектом национального масштаба, задачей которого было объединение разрозненных кабельных операторов в одну сеть. На первом этапе телекомпания транслирует только два специализированных канала, спортивный и кино. Премьера спортивного канала состоялась во время Олимпиады в Атланте. По данным компании, суммарная аудитория круглосуточных трансляций составила около 20 миллионов зрителей. Максвеллы так и не смогли собрать необходимого финансирования для первого российского кабельного проекта национального масштаба, в результате чего российская сторона предложила им выйти из состава акционеров "Метеор-ТВ". Максвеллы не возражали. Однако, в отличие от Тернера, при выходе из проекта они получили компенсацию от российской стороны. Сам же канал позже без особой шумихи перешел от ВГТРК к "ТВ-Центру", по всей видимости, вслед за Анатолием Лысенко, одним из основателей российского государственного телевидения, проделавшего тот же путь. Похожая история повторилась и с совместным проектом "Известий" и "Financial Times" - "Финансовыми известиями" после того, как "Известия" стали собственностью ЛукОйла и ОНЭКСИМбанка. Газета издавалась в качестве приложения с октября 1992 года. 11 февраля 1998 года Павел Голуб сменил на посту главного редактора газеты Дмитрия Мурзина, а 22 февраля впервые было официально объявлено о прекращении участия британского партнера в газете: Павел Голуб категорически опроверг версию о том, что участие Financial Times в совместном проекте с "Известиями" стало коммерчески невыгодным. Среди причин происшедшего разрыва партнерских отношений между издателями называют и потерю Financial Times интереса к российскому рынку. Инициатором разрыва выступила английская сторона, сотрудничавшая с ОАО "Редакция газеты "Известия" с лета 1992 года. Выходить "Финансовые известия" не перестанут. Выход FT из "Финансовых известий" состоится 28 апреля. Тогда газета лишится логотипа Financial Times и материалов FT.1 Так одно из наиболее влиятельных экономических изданий России превратилось в незаметную вкладку в "Известиях". Еще в 1993 году третий в мире издательский дом "Gruner+Jahr", входящий в мощнейший глобальный издательский концерн "Bertelsmann", начал подготовку к выпуску экономического журнала на российском рынке. Его важным конкурентным преимуществом была возможность использования информации и аналитики из других экономических изданий группы, выходящих в Германии и Франции. Уже был подобран главный редактор и авторы, выпущен нулевой номер, когда на парламентских выборах в России победил Жириновский. По словам генерального директора российского отделения издательского дома Михаила фон Шлиппе, руководство концерна просто испугалось возможности непредсказуемого развития событий и отказалось от проекта. Избрание Бориса Ельцина президентом России в 1996 было воспринято руководством концерна как свидетельство стабилизации ситуации, однако к тому времени замороженный проект экономического журнала уже был отложен в сторону. По словам фон Шлиппе, здесь в экономике правила очень сложные. На Западе информация служит для того, чтобы представить предприятие общественности, рассказать о его деятельности. Здесь же наоборот, все цифры держатся в тайне и никто не хочет, чтобы о нем писали. В успешных компаниях боятся привлечь лишнее внимание. А о провалах никто говорить не хочет.2 Вместе с тем, по мнению фон Шлиппе, российский рынок для издательского дома "стратегически самый важный рынок будущего", поскольку крупным концернам трудно конкурировать на маленьких рынках - в Словакии, Португалии или Дании. Мы считаем, что сорок миллионов населения - минимум для высокотиражных массовых журналов.3 В итоге в феврале 1998 года издательский дом вышел на российский рынок с географическим журналом "Geo". Однако летний кризис спутал все карты. В концерне довольно жесткие требования к прибыльности изданий - они должны выходить на самоокупаемость уже на третий год своего существования, а по истечении восьми лет прибыль на вложенный капитал должна составлять минимум 15%. Следуя этим требованиям, издательский дом был вынужден пересмотреть бюджет: отказаться от покупки здания в Москве и крупной рекламной кампании журнала (которая оценивалась в полмиллиона долларов). Три других проекта журналов, выпуск которых должен был начаться следом за "Geo", пока заморожены. Мы понесли определенные убытки, но пока нам кажется, что к ситуации можно приспособиться. Мы предполагаем, что к марту-апрелю следующего года можно будет определить, как развивается ситуация в стране. И тогда мы начнем рассматривать новые проекты.4 Примечания: 1 Масс-медиа. Бюллетень Национальной службы новостей. 4.02.1998. #16 2 Российский рынок - стратегически самый важный, интервью брал Федор Погодин // Эксперт #47, 14 декабря 1998 г. 3 Там же. 4 Там же. Приложение - 1 Кому принадлежат российские СМИ Эта схема составлялась и изменялась на протяжении четырех лет, с 1995 года. Ее более ранние варианты публиковались в журнале "Журналист" и в электронной прессе, в "Интеллектуальном капитале" и "Русском журнале", перепечатывались в региональной прессе и использовались в думских слушаниях по проблемам концентрации СМИ. Источниками для ее составления были интервью, публикации в прессе и другие исследования собственности на СМИ, результаты которых публиковались в журналах "Эксперт" и "Журналист", а также специализированные издания. Несмотря на то, что изучением структуры российских СМИ занимаются многие исследователи и журналисты, приведенную картину распределения собственности нельзя считать совершенно достоверной. По закону о СМИ статус владельца не предусмотрен. Поэтому часть информации основана на утечках и слухах, которые не поддаются проверке. Вместе с тем, представляется, что такая таблица необходима и дает в общих чертах верное представление о структуре медиа-политической системы и распределения собственности на коммерческие масс-медиа, исходя из которого можно определить наиболее характерные искажения в существующей информационной системе. Медиа-политическая система (без региональных медиа- холдингов): Борис Березовский (Логоваз, АВВА, Объединенный банк, Сибнефть) ТВ: ОРТ (пакет акций незначительный, но влияние решающее), ТВ-6 (более 26%, по некоторым данным - 37%) радио: НСН (бывшее Престиж-радио) газеты: Независимая газета, Новые известия (субсидии) журналы: Огонек информ. агентство: Национальная служба новостей Владимир Гусинский (группа "Медиа-Мост" состоит из "НТВ-холдинга" и издательского дома "Семь дней") ТВ: НТВ, НТВ+ (аналоговое и цифровое), ТНТ-телесеть; радио: Эхо Москвы; газеты: Сегодня, Общая газета (на паях с Лужковым и Каданниковым), Новая газета; журналы: Итоги, 7 дней, Караван историй; Другие смежные предприятия: оператор телекоммуникаций БОНУМ-1, НТВ-дизайн, НТВ-профит (кинопродюсерская компания). Юрий Лужков (Московская мэрия, "Банк Москвы", компания АФК-"Система", Мосбизнесбанк, Московский банк реконструкции и развития, Гута-банк) ТВ:"ТВ-Центр", Телеэкспо, Столица (кабельное ТВ), REN-TV (кредитовалось Банком Москвы) и ТВ-6 (на паях с Березовским и "ЛукОйлом"); радио: М-радио, а также проводное московское радио; газеты: Московская правда, Вечерняя Москва, Вечерний клуб, Общая газета, Тверская, 13, Центр плюс и другие; в рамках холдинга "Метрополис" (директор Лев Гущин) Литературная газета, Россiя (выход приостановлен) и группа изданий "Метро" (ежедневная газета "Метро", ее субботний выпуск, ежемесячный журнал "Метро-экспресс"); Другие смежные предприятия: рекл.агентство: Максима, киностудия "Мосфильм". Владимир Потанин (холдинг Проф-Медиа в составе ФПГ Интеррос, созданной на базе ОНЭКСИМбанка) радио: Европа+; газеты: Известия (на паях с ЛукОйлом), Комсомольская правда. Издательский дом Сегодня-пресс издавал Русский телеграф, является крупнейшим акционером Комсомольской правды, а также владеет крупными или контрольными пакетами акций региональных издательских центров, издающих региональные приложения КП и газеты Антенна, Экспресс-газета; журналы: Эксперт (контрольный пакет у редакции); информационное агентство: Прайм. Государственные СМИ (контролируются центральной исполнительной властью) ТВ: ВГТРК (холдинг, руководитель Михаил Швыдкой), Культура, кабельный проект Метеор-ТВ; радио: Радио России, Маяк, Радио Орфей; газеты: Российская газета, Российские вести; журналы: Российская Федерация, Россия; информ. агентства: ИТАР-ТАСС, РИА-Вести (введено в состав нового телехолдинга). Александр Смоленский (СБС-Агро) ТВ: ОРТ (формально является руководителем банковского консорциума); газеты: Сельская жизнь, Культура; журнал: Огонек (на паях с Березовским). РАО Газпром (через холдинг "Газпром-медиа", возглавляемый Сергеем Зверевым) ТВ: НТВ (30% при слабом влиянии: Газпром вынудили купить акции в ходе предвыборной кампании Ельцина за сумму порядка $120 млн.), ОРТ (3%, по некоторым данным переданы Березовскому, возможно - в управление), региональная спутниковая сеть АСТ, региональная вещательная система на базе продюсерской фирмы Прометей; радио: Открытое радио; газеты: Труд, Трибуна (бывш. Рабочая трибуна), а также более ста региональных изданий; журналы: Газовая индустрия, Фактор (через Газоил-пресс). ЛукОйл (ТВ-6 (не контрольный пакет, но компания финансирует службу новостей TSN), 31 канал (на паях с Сергеем Лисовским), REN-TV/ НВС (финансирует расширение сети, по некоторым данным владеет 75% акций телеканала) газеты: Известия (49%), включая приложения (Неделя, Видео-Асс); Коммерческие масс-медиа: Издательский дом "Коммерсантъ" (Владимир Яковлев) газеты: Коммерсантъ-Daily журналы: Власть, Деньги, Домовой, Автопилот Аргументы и факты (Владислав Старков) Аргументы и факты, Интерфакс-АИФ, АИФ-здоровье, АИФ-любовь, Арт-фонарь, Я - молодой! и др., в том числе сеть региональных приложений. Индепендент Медиа (управляющий Дерк Сауэр, среди владельцев иностранные инвесторы и МЕНАТЕП с 10% акций газеты: Москоу таймс, Санкт-Петербург таймс, Капитал. журналы: Плейбой, Космополитен, Гуд хаускипинг, Харперс базаар (выпускает русскую версию по соглашению с владельцами) и другие; радио: Русское радио; информационные агентства: агентство финансовой информации Скейт-пресс. Издательский дом "Бурда" Cool, Coolgirl, Лиза, Вот так!, Автомир и др. Московский комсомолец (Павел Гусев, московское правительство финансирует создание сети региональных изданий) газеты: МК, Час Пик, провинциальные выпуски МК; журналы: МК-Бульвар (49% акций принадлежит банку "Московский"), Деловые люди. Совершенно секретно (Артем Боровик) газеты: Совершенно секретно, Версия; журнал: Лица. Московские новости (Виктор Лошак) Московские новости (еженедельник, издается на русском и английском языках), ежедневная газета Время-MN (финансируется Сбербанком, Внешторгбанком, ММВБ, Ефрофинанс - компаниями, крупным акционером которых является Центральный банк). Альфа-ТВ (Альфа-груп и Сергей Лисовский) МузТВ, СТС-8 Сергей Лисовский (Президент ассоциации региональных телевещателей - РАРТ) ТВ - 31 канал (размер пакета неизвестен); Рекламные агентства: ПремьерСВ, ОРТ-реклама; журналы: ТВ-парк, КИНО-парк. Издательский дом "Экономическая газета" (Юрий Якутин) газеты: Экономика и жизнь, Экономическая газета, Финансовая газета, Промышленно-экономическая газета, всего 39 изданий; журналы: Журналист, Чудеса и приключения и т.д. АОЗТ "Виктор Шварц и Ко" Тайная власть, Частная жизнь, Очная ставка, Врачебные тайны, Женские дела, Поле чудес. Примечания: 1. Качкаева А. Российские империи СМИ // Журналист. Июнь 1998. # 6. 2. Пелехова Ю., Семенов А. Предвыборные холдинги //Коммерсантъ-дейли. 11.06.1998.
https://studsup.ru/